Dissident axtarışında kitabının rus dilindəki variantı

АЗИЗА ШАМИЛЬ

АЛИ ШАМИЛЬ

 

 

 

 

 

 

 

 

В ПОИСКАХ ДИССИДЕНТОВ

(1956-1986)

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

БАКУ 2018


 

 

 

    Перевод: Севиндж Нагдалиева, Ругия Джалилли

Редактор: Салфиназ Исмаилова

 

 

 

 

 

 

 

Азиза Шамиль, Али Шамиль (Шамилова Азиза Агали кызы, Шамилов Али Гусейин оглы). В поисках диссидентов. Баку, издательство “Elm və təhsil”, 2018, 156 стр.

 

Национальный Демократический Институт США в Поль­ше, планирует издать обширную энциклопедию о дисси­дентском движении в странах Восточной Европы под наз­ва­ни­ем “Дис-сидентский словарь”. С этой целью в Азер­байджане была создана группа для подготовки материалов энцик­ло­педии. В книгу были включены статьи, которые были под­го­тов­лены этой группой. Читатель книги также поз­на­комится с образом жизни группы борцов за свободу в Азер­байджане в 1956-1986 годах, об их социально-политической деятельности, пресле-дованиях и притеснениях.

 

 

ISBN-586874-032-7 

 

Ə 4603000000 Qrifli nəşr

   N-098-2018

© Əli Şamil, 2018   

  

 


Эту книгу посвящяем священным и беспокойным душам патриотов Родины, которые боролись за светлое будущее и на своём пути преодолевали многие трудности и препятствия при этом не падали духом, продолжали свою борьбу и были преданы своему делу.

Хоть  они не были  оценены при жизни должным образом, но  стали героями нынешнего поколения.

 

                                         ********

 

 

 Взята из выступления на телеканале ANS (ноябрь 1999 года) генерала Зия Юсифзаде, который возглавлял Комитет Госу-дарственной Безопасности Азербайджанской ССР в 1980-1988 годах:

“Почему в информациях данных вами не указано, что в Азербайджане есть диссиденты? Ведь страна полна дис­си­­ден­тами. С вашей же стороны отображается нас­колько всё гладко и хорошо”.

Виктор Чебриков

Председатель КГБ СССР

 

(1950 году окончил Днепропетровский Металлургический Институт. В 1951 году был взят в  райком партии горо­да Днепро­пет­ровска заведующим промышленного отдела В 1958 году был избран вторым секретарём, а в 19611963 годах — первым секре­тарём горкома партии.  С 1964 по 1967 год Чебриков рабо­тал вторым секретарём обкома КПСС. В 1967 году был направлен на работу в органы госбезопасности. В декабре 1982 года, вскоре после смерти Брежнева, был утверждён в должности пред­седателя КГБ СССР. С 1988 года был секретарём ЦК КПСС  и пред­седателем Комиссии ЦК КПСС по вопросам правовой политики.)

 


СОДЕРЖАНИE

 

Как мы составляли статьи Диссидентский словарь.. 5

Предисловие................................................................... 43

Абдуллаев Чингиз.......................................................... 46

Агаев Надир.................................................................... 50

Азерли Али (Аликрам Алиев)........................................ 54

Асиф Ата (Эфендиев) .................................................... 58

Бирия (Мухаммед Багирзаде Нухи).............................. 65

Вандамлы Тофик............................................................ 72

Гусейни Абульфаз.......................................................... 76

Джошкун Исфандияр (Барху)........................................ 81

Керимов Асеф ( Асефхан Губалы) ............................... 87

Магаррамов Байджан..................................................... 90

Салех Шамиль (Алиев).................................................. 94

Сафрух (Эльман Алиев)................................................. 98

Тагирзаде Нофел............................................................ 103

Танго (Танрыкгулу Алиев) ............................................ 107

Турабхан оглы- Рафиг Абдуллаев (Сабах).................... 109

Улутюрк Халил Рза........................................................ 113

Фарка Исмаил................................................................. 119

Хатеми Мухаммед (Тантекин) ...................................... 128

Хилал оглы Джахид (Ширинов)..................................... 134

Эльчибей (Абульфаз Алиев).......................................... 138

Янардаг (Сабир Имамвердиев) ..................................... 147

Из истории диссидентского движения в   

Aзербайджане................................................................. .151

 

 

 

                                КАК МЫ СОСТАВЛЯЛИ

ДИССИДЕНТСКИЙ СЛОВАРЬ

 

Знаю, что некоторые читатели, получив обзор, о книге под­жав губы, скажут: “Ну, кто они такие, что пишут о дисси­ден­тах?” или же “Мы (мой отец и мой дед) работали на такой-то должности, решали судьбу Азербайджана. Я  больше сде­лал для народа!”, “ Меня, моего отца и деда многие знали а их нет, так что же они могли сделать для народа?” Да я пред­по­ла­гаю, что такого рода замечания будут...

Дети людей, которые в советскую эпоху, ради улуч­ше­ния своей жизни, ради должности готовы были принять любой облик и выполнять инструкции не только Москвы, но и своих директоров, ставя их приказы и желание выше за­кона, считают патриотов, которые трудились и трудятся во имя Родины, глупыми и неве­жественными.

Я не могу сидеть в меджлисах (собраниях) и слушать тех людей, которые шли на любое мошенничество ради взятки, должности и сейчас ведут восторженные разговоры на эту тему. На мой взгляд, слава тех, кто быстро прод­ви­гался по должностной лестнице в советскую эпоху, кто украшал груди медалями и гордился почетными именами, бы­ли всего лишь малой частью их дел. Те кто, находились под преследованием и давлением,  которые думали о судь­бе народа и хотели что-то сделать для него, были по­хо­жи на айсберги. Обычно мы видим небольшую часть работ таких людей как Чингиза Аб­дул­лаева, Джахида Хилал оглы, Мо­хаммеда Биррий, Ис­фан­дияра Джошгунова, Танго (Тан­ры­гули Алиева), Халила Рзы Улу-турк, Асифа Ата, Саф­ру­ха, Абульфаза Эльчибея и других. Не-которые из чи­та­те­лей кни­ги наверно зададут вопрос “Кто они?”, “Что они сделали?”, “Почему народ должен их знать?” и тому подобное.

Для того, чтобы хорошо понять картину той эпохи и пред-ставить себе давления и преследования, которым подвергались  люди, я счёл уместным показать небольшую ста­тис­тику. Мною была написана статья лишь о 21 человеке. Это Чингиз Абдуллаев, Танго (Танрыгулу Алиев), Сабир Янардаг, Бай-джан Магеррамов, Тофик Вендамлы, Нофель Тахирзаде не были женаты и покинули этот мир бездетными. Значит, у шес­ти патриотов вымер род. Преследования и давления стали причиной распада семьи Мохаммада Бирии (Багирзаде), Аси­фа Ата, Сафруха, Исмаила Фаркаа и Надира Агаева. А Джахид Хи­лал оглы (у которого тоже нет наследника), Абульфаз Эльчибей, Али Азерли (в 35 лет), Асаф Каримов были вы­нуж­дены поздно жениться. К сожалению, ни один из членов их семьей не написали свои воспоминания. Только вдова Халила Рзы Улу­турка, Фирангиз ханум написала воспоминания и издала книгу под названием  «С Халил Рза грустью бок о бок» (Kədərimlə qol boyun).

Когда я работал над статьями, вспомнил документальный фильм, который посмотрел в советское время. Там расска­зы­ва-лось о том, как в меховой фабрике не позволяли давать потом-ство диким животным, которые не приспосабливались в клет-ках, пытаясь освободиться и сопротивляться сотрудникам. Та-ких быстро убивали. А тех, кого приучили, в дальнейшем спа­ривали и получали потомство. Кажется, что они изучили этот метод у колониалистов и диктаторов. Колонизаторы так­же раз-ными способами уничтожали тех, кто не подчинялся рабству, чтобы рождённые от них дети не стали борцами за сво­боду и не сражались против них.

Во все времена в истории было мало людей, борющихся за инновации, счастье народа и страны. Их деятельность не всегда приветствовалась властью и обществом. Тем не менее они продолжали бороться. Раз­ви­тие общества существовало благодаря их настойчивости. Хотя прош­ло 27 лет с тех пор, как Азербайджан обрел неза­ви­симость, заслуги людей, оказав-шие сопротивление советскому режиму, колониализму не бы-ли достойно оценены. Часть этих людей называются диссидентами.

C началом распада Советского Союза в газетах и жур­на­лах, по радио, телевидении одним из наиболее часто ис­поль­зуемых терминов стало слово диссидент. В книге “Толковый словарь рус­ского языка” о слове диссидент пишут так:Дис­си­дент (инакомыслящий) (лат. Dissidens – “несог­лас­ный”) – че­ло­век, отстаивающий взгляды, которые ра­ди­кально рас­ходятся с об­щепринятыми взглядами. Зачастую этот кон­фликт лич­ных убеждений с господствующей доктриной при­водит к го­нениям, прес­ледованиям и репрессиям со стороны офи­циаль­ных влас­тей.

В 1953 году после смерти Иосифа Сталина, у по­ли­ти­чес­кой власти появилось замешательство. Люди, которые встали во главе власти знали, что страной по-старому управлять будет не­­­возможно. Несмотря на это, власть боялась проводить серьез­ные реформы. В 1956 году на 20-м съезде КПСС, все недостатки и грехи были приписаны Иосифу Ста­ли­ну и его команде. Тысячи людей были оп­рав­даны и ос­во­бождены из тюрем. На самом деле эта была лишь фор­маль­ная физическая реабилитация. Оправда-тельный приговор, ох­ва­тивший 1917-1955 гг., касался не всех писателей арес­то­ванных по по­литическим мотивам, а оправ­данным не раз­ре­шалось печатать свои произведения. Хотя было объявлено во весь мир, что в тюрьмах СССР больше нет поли­тических заключённых и инакомыслящие не пресс­ле­дуются, к со­жа­ле­нию это было не так. В стране был бес­порядок, поскольку руководители правящей партии, обвиняли многих советских чиновников в культе личности. И после смерти Иоси­фа Ста­лина, заместитель председателя Совета народных ко­миссаров СССР, комиссар внутренних дел СССР, а также глава КГБ Лаврентий Берия, были расстреляны как от­ветственные за гибель тысяч людей. Вместе с ним обвинялись и его бли­жайшие соратники из органов госбезопасности, названные в средствах массовой информации как “банда Берии”:

 Меркулов В. Н. — министр государственного контроля СССР.

 Кобулов Б. З. — первый заместитель министра внутренних дел СССР.

 Гоглидзе С. А. — начальник 3-го управления МВД СССР.

 Мешик П. Я. — министр внутренних дел Украинской ССР.

 Деканозов В. Г. — министр внутренних дел Грузинской ССР.

 Влодзимирский Л. Е. — начальник следственной части по особо важным делам МВД СССР.

 В Aзербайджане ситуация тоже была напряженной. Пер­вый секретарь ЦК Коммунистической партии Aзербайджана Мир Джафар Багиров, который считался непобедимым, тоже был арестован и расстрелян как близкий друг Иосифа Сталина и Лаврентия Берии. Большая часть сотрудников КГБ тоже были арестованы, уволены, исключены из Коммунистической пар­тии и подвержены различным давлениям.

Некоторые руководители партийных и советских уч­реж­дений, старались воспользоваться создавшейся ситуацией, что­бы увели-чить число национальных кадров в государстве  для того, чтобы азербайджанский язык стал часто ис­поль­зуемым. Они даже вернули в Aзербайджан часть месс­хе­тинских тюрков (тюрки ахыска) высланных в Казахстан, Кыргызстан, Уз­бе­кис­тан, по обвинению в “измене родине” и создали им условия для проживания.

 Относительное смятение и хаос среди партийных и со­­ветских работников, сотрудников КГБ дало возможность для создания подпольных молодёжных кружков и расп­ростра­нения антисо-ветских листовок. К сожалению, сейчас ин­­фор­мации об этих кружках отсутствуют, находятся ли они в ар­хивах КГБ, мы тоже не знаем, хотя в партии и органах КГБ были замешательства, «преданные» своему делу чиновники не прекращали аресты и преследования,  то есть всё постепенно возвращалось на прежнее русло.

Даже врачи, которые давали клятву Гиппократа, работая в психиатрических больницах, были вынуждены вы­полнять приказы офицеров КГБ. В 1967 году Рафиг Турабхан оглы (Абдуллаев) за его политические взгляды был осужден и отправ-лен на вынужденное «лечение», в психиатрическую больницу. Вот, что он говорил о временах его «лечения» в больнице: «Меня потрясли суровые методы лечения, которое были назначены этим «пациентам». Но что я мог сделать?»

Рафиг Турабхан оглы, находясь в закрытой пси­хиат­ри­ческой больнице, делит пациентов на несколько групп. Он описывает одну из групп: «В них скрываются оп­ре­де­лен­ный контингент писателей. Данный контингент «пациентов» пи­шут статьи в которых критикуют высоко­пос­тав­лен­ных го­су­дарст­вен­ных чиновников, для привлечения их к от­ветст­венности и  распространяют эти статьи среди друзей и зна­ко­мых. Чиновники никак не могут найти аргументы за ко­то­рые можно уволить и чтобы они больше не работали, их отправляют в психические больницы. И уже с таким «диагнозом» в дальнейшем они не могли  работать в прессе.

 К концу 60-х и к началу 70-х гг., появилось улучшение отно-шений между социалистическими и капиталистическими стра-нами. Создание соглашений между НАТО и Организацией Вар­шавского Договора  о военно-стратегическом балансе при­ве­ли к спаду холодной войны и значительному снижению напряжен-ности на международной арене.

В 1970 году было подписано соглашение между СССР-ФРГ, ФРГ-Польшей а в 1971 году  че­ты­рехсто­рон­нее соглашение по Западному Берлину между СССР - США, Великобританией и Францией. А также соглашение о нормализации отношений между ФРГ и ГДР в 1972 году, снизили напряженность и создали условие для подготовки и созыва общеевропейской конференции.

  1 августа 1975 года в столице Финляндии Хельсинки была про-ведена международная конференция, где собрались главы  33-х европейских государств, а также главы США и Ка­нады. Участ-ники встреч подписали заключительный акт о том, что будут следовать десяти основным принципам. Этот до­ку­мент оказывал влияние и на тех, кто жил в Советском Союзе.

Руководство СССР был вынужден, пусть даже на сло­вах, под­чиниться мировому порядку и подписать некоторые меж­ду­на­родные документы. Это способствовало открытому протесту против несправедливости, хотя протестующих было нем­ного и протесты не получали огласки в прессе. Иностран­ные ра­диостанции такие как “Свобода”, “Голос Америки”, “Би-би-си” готовили и вещали программы о том, что происходит в СССР и со­циалистических странах. Для предотвращения ве­ща­ния пере-дач, СССР использовал мощные заглушающие устройства, но это не по­мог­ло полностью перекрыть радиоволны.

 Как ни старались ограничить туристические поездки и ужесточать контроль над командировками за границу, ин­фор­мация распространялась. Хотя недовольство государством и ру­ководством партии не доходили до прессы, но распрост­ра­не­ние анекдотов остановить не могли.

С началом распада Советского Союза и после гор­ба­чевско­го лозунга “гласность”, “перестройка” в центральной прессе начали писать о крупнейших преступлениях в СССР, при­писках и взято-чничестве. А в Азербайджанской прессе об этом начали писать с 1990 года. В неофициальных газетах уже начали публиковаться статьи о диссидентах. Сотрудник газеты Айна (Зеркало) Исмаил Умудлу не ограничивается одной статьёй о диссидентах и  в 1999 году в Баку в издательстве “Огуз” выходит его книга в 68 страниц, под названием Поток диссидентов в советский период (факты, события, личности).

20 октября 1990 года, то есть в день всемирного дня дисси­дентов на телевидении, по радио можно было услышать их выступления. В свою очередь, оппозиционная пресса Азер­байджана опубликовала интересные статьи о диссидентах, ко­торые подвергались преследованиям и давлениям со стороны Советов. Их также заключали в тюрьмы за взгляды. Все они в своих выступлениях раскрывали факты, но данный процесс про­должался недолго. Официальные круги не услышали го­лоса тех, кто подвергался преследованиям и давлениям, так как виновные сотрудники КГБ и милиции, врачи, работающие в психиатри-ческих диспансерах и псевдо-сотрудники пра­воох­ра­нительных органов, не были привлечены к уголовной от­ветствен­ности. Таким образом, эта тема была закрыта. В связи с этим стали забываться инакомыслящие, которые стал­ки­ва­лись с несправ-едливыми преследованиями и давлениями, как в советское время, так и после.

Статьи, радио и телевизионные передачи о диссидентах ауди-тория встречала с большим интересом, хотя власти  старались этому препятствовать.  Бывшие пар­тий­ные работники, сотруд-ники КГБ, милиции боялись обсуж­де­ний, боялись, что архивные материалы могут появиться в прессе, раскрыв их преступления и предательства по от­но­шению к народу. Таким образом, они пытались сфор­ми­ровать свою точку зрения, что “в Aзербайджане не было дисси­ден­тов”, “инакомыслящие не преследовались и не при­теснялись”. “В Aзербайджане не было интеллигенции, кото-рая могла бы свободно говорить о недостатках в обществе, вы­ра­жать откры­тый и тайный протест”. Но факты, которые появлялись в СМИ, раскрывали их преступления.

Иногда даже те, кто занимал руководящие посты в пра­вительстве, партийно-советские работники, служа прави­тель­ству, извлекали из этого большую выгоду для себя, старались представить себя народу диссидентами. Один из них, Расул Гулиев. Он родился 10 декабря 1947 года в селе Газанчи Джуль­финского района Нахчыванской АССР, окончив в 1970 году Aзербайджанский институт нефти и химии, устроился на работу в Бакинский нефтеперерабатывающий завод (БНЗ), в 1974 году стал заместителем главного инженера, в 1980 году главным инженером, а в 1981 году поднялся до должности директора и уже в 1985 году был избран в Совет народных депутатов. С 1990 года стал депутатом Верховного Совета Aзербайджанской Республики.

Диссиденты, которые действительно в советское время под­вергались наиболее настойчивым преследованиям и дав­ле­ниям, старались разоблачить в прессе тех, кто выдавал себя за диссидента.

Во время холодной войны на вопрос: Были ли в Aзер­байджане диссиденты?, в Восточной Европе планировали издать энциклопедию о диссидентском движении. Центром для подготовки книги под названием “Диссидентский сло­варь” выб-рали город Варшаву. Поскольку у Польши не было возможности подготовить такое издание, материальную и идеологическую помощь получили от США и Европейского Союза. После того как  группа “Диссидентский словарь” провела подготовительную работу, планировали подготовить энциклопедические статьи о 1305-ти диссидентах проживающих в социалистических респу-бликах Вос­точной Европы и европейской части бывшего Совет-ского Союза. В 1998 году была создана группа в рамках Aзер­бай­джан­ского национального фонда демократии, которая долж­на бы­ла подготовить статьи для “ДС” (после диссидентский сло­варь будем отмечать кратко “ДС”). Группа продолжала свою деятельность в течение двух лет.

В то время, когда организаторы “ДС” стали делать тонкие намеки: “Почему все диссиденты азербайджанцы?”, “Разве не было диссидентов из других народов?” наши ответы на эти вопросы стали причиной холодных взаимоотношений. Таким образом, мы прекратили наше сотрудничество с этой ор­га­ни­зацией и стали сотрудничать с другими непра­ви­тель­ствен­ными организациями. Вслед за этим, в мае 2004 года меня отстра­нили от работы в Aзербайджанской национальной эн­цик­лопедии, а когда я начал работать в Институте фольклора, академии наук Aзербайджана, работы по теме “диссиденты” пришлось приос-тановить. Однако о данной теме я никогда не за­бывал. Статья о Джахиде Хилал оглы и о Чингизе Аб­дул­лаеве была напечатана в Aзербайджане (Выпускники- дисси­ден­ты Театрального инсти-тута. Сборник “Мир культуры” 2003, 4-й том, стр.176-187), написанная мной статья об Ис­маиле Фаркае (Фарка) “Человек c горькой судьбой” была на­пе­ча­тана в Албании (газета “Стандарт”, 24 мая 2009 год, стр.19, 25 мая, 2009, стр.19). Наше интервью по теме диссиденты, на радио “Свобода”, вызвал большой восторг. Оно было широко ис­­пользовано в социальных сетях, даже пере-ведено и рас­прост­ра­нено на русском языке.

Как бы я не гордился достигнутыми успехами, но в то же время сожалел, что не продолжил исследование. В газетах и журналах постепенно снижался интерес к теме диссидентов. Спустя 17 лет, а точнее, приятным ноябрьским днём 2016 года, во дворе чайханы главного здания Академии наук (АНАН) разго-варивал с профессором Джамилем Гасанлы. На самом же деле, я пришел, чтобы взять книгу под названием “Синьцзян в орбите советской политики. Сталин и мусульманское дви­жение в Вос-точном Туркестане (1931-1949 гг.)” напечатанный в 2015 году в Московских издательствах “Флинта” и “Наука” выпушенный всего в 1000 экземплярах.

Я знал, что он ведет расследование на тему о ходе наци-онально-освободительного движения в восточном Тур­кес­тане в XX веке (Синьцзянь (Синчан)- Уйгурский автономный район).

После обретения Aзербайджаном независимости, я на­пи­сал несколько статей об уйгурах. Решением Ученого совета Инс­титута фольклора Национальной Академии Наук Aзер­байджана в 2011 году в издательстве “Нурлан” вышла книга “Литература и фольклор уйгуров, гагаузов и тюрков Север­но­го Кавказа”, несмотря на то, что один из разделов книги была посвящена только фольклору и литературе уйгуров, я расска­зал в ней также об их национальной борьбе. На нескольких страницах я срав-нивал то, как установленное правительство в Восточном Туркес-тане и Южном Азербайджане стали жертвой советского режима.

Я планировал после окончания работ, все материалы по “ДС” отдать в один из государственных архивов. Дома, при поиске материалов, нашёл рукописи и часть собранных до­ку­ментов, но не смог найти ни электронную, ни переписанную на бумагу версию статей.

Часть рукописей и часть написанных на машинке статей, я отдал своей коллеге по работе, невестке одного из лидеров национально-освободительного движения, покойного Агамалы Са­дига и попросил Севиндж ханум перевести статьи с азер­байджанского языка на русский язык, а статьи, которые уже на русском набрать на компьютере. После, я хотел показать соб­ран­ную книгу Джамиль муаллиму. Севиндж ханум с удо­воль­ствием взялась за эту работу.

                                                    * * *

В 1993 году, после того как правительство Народного фронта отдала власть, начались преследования и давления по отношении к активистам организации. Незаконные аресты ак­ти­вистов, временные задержания, унижения и физическое на­силие дошли до такой степени, что многие кто смог спастись от рук полиции говорили, что “в советское время никогда не видели таких зверств”. Были и те, кто совершали самоубийство или вынуж-денно эмигрировали. Я много читал о том, что во время револ-юций революционеры подвергались пыткам и уг­не­тениям. “Революция съедает своих детей!”это выражение прев­ра-тилось, чуть ли не в пословицу. Те кто, долгие годы вели сов-местную борьбу для изменения власти и достигли этой цели, теперь стремились уничтожить друг друга.

Но были и те, кто, несмотря на дав­ле­ние и преследования, не покинули свою родину. А были и те, кто, пожелав про­дол­жить борьбу, столкнулись с безработицей, голодом и уни­же­ниями или же те, кто, не выдержав нищету, преследования и дав­ления прев-ратились в подручных власти. Некоторые из них ра­ди демокра-тизации страны и в целях сохранения об­щест­венно-полити-ческой деятельности получили гранты от за­­­рубежных органи-заций. Хотя это могло бы показаться очень перс­пективным, но под давлением репрессий эта борьба не давала никаких ре­зультатов.

В то время, из США часто приезжал президент Фонда демо-кратии в Восточной Европе (IDEAS) Ирена Ласота. По по­ручению Эльчибея, Ариф Рагим оглы и его друзьями был соз­дан Азербайджанский национально - демократический фонд. Пер-вым президентом фонда стал Ариф Рагим оглы, хотя вскоре согласившись с Эльчибеем, он ушёл из организации. Я же, в свою очередь, отдалился ещё до учредительного соб­ра­ния орга-низации. Несмотря на это, часто встречался с одним из веду-щих активистов Народного фронта Aзербайджана с Ульви Мурсал оглы Акимовым, который возглавил Азербай­джанский национально - демократический фонд после Арифа Рагим оглы. Так как у организации не было сильной эко­но­ми­чес­кой базы они расположились в двух комнатах офиса «Общества защиты прав женщин Aзербайджана». У них было несколько компьютеров, факсов, аппаратов для ксерокопии и так далее. То есть с точки зрения технической оснащенности были очень бедны. Но благодаря самоотверженности Ульви Акимова организация жила.

Ульви Акимов говорил, что в августе 1998 года в Поль­ше благодаря организации КАРТА, будет издана книга о дис­си­дентах, социалистических стран Восточной Европы. Он так­же жаловался, что они обещали помочь, но не сдержали слово. Подготовка и отправка статьи о пяти диссидентах стала проблемой. Ульви бей дал мне несколько писем, отправленные из КАРТЫ. Там Азербайджану было отведено всего 5 мест, на­шим соседям Грузии-45, Армении-40, Эстонии-40, чис­лен­ность населения, которой почти в пять раз меньше Азер­бай­джана и Албании-40, территория и численность населения, ко­то­рой тоже в 2,5 раза меньше Азербайджана. Я был обес­по­коен этой дискриминацией и сказал Ульви бею, что под­го­товлю и отправлю нужные статьи. В то время я работал в Азер­­байджанской национальной энциклопедии и подумал, что подготовка пяти статей не составит мне труда.

Ульви бей стал посредником между штабом “ДС в Польше и мной. Не имея комнаты, компьютера для работ и без те­лефона, чтобы держать связь, как говорится «без гроша в кармане» я начал работать. Ульви Акимов оказывал со­дейст­вие в этих делах. Он переписывал и отдавал мне письма и ука­зания, отправленные из Польши по интернету, переводил и отправлял мои ответы в виде рукописей.

Оттуда они направили письмо, где написали, что вы­де­лили гонорар бывшим диссидентам для подготовки статей и жаловались на то, что им не удалось получить серьёзную ин-формацию. Я написал ответное письмо, в котором написал, что гонорар не важен, важна их работа и поэтому мы будем, по мере наших возможностей оказывать необходимую помощь. Они предоставили инструкции о том, как собирать материалы “ДС”, как на основе этих материалов писать статьи и давать заключения к готовым статьям.

Исходя из опыта моей работы, в энциклопедии, я по­нимал, что это очень трудная работа. Но отступать назад не позволяла совесть. И поэтому на основе инструкций под­го­то­вил проект группы “ДС” Азербайджана. 3 сентября 1998 года сос­тоялось первое собрание под руководством Ульви Аки­мова, прези-дента Национального фонда демократии Aзер­бай­джана. Было решено, что состав группы должен быть сле­дующим:

1.    Ульви Мурсал оглы Акимов (президент Азер­бай­джан-ско­го национально - демократического фонда) – руко­во­ди­тель проекта.

2.    Али Гусейн оглы Шамиль (руководитель группы Aзер­­байджанской национальной энциклопедии) – коор­ди­на­тор.

3.    Азиза Агали кызы Шамилова – журналистка, член Союза журналистов Азербайджана - главный редактор.

4.    Вафа Кудрат кызы Салех (редактор Aзербайджанской Национальной Энциклопедии) - редактор.

5.    Рукия ханум – переводчик − оператор  русского языка.

6.    Сара Мамед кызы Абдуллаева (студент магистратуры Aзер­байджанского университета иностранных языков)- пере­вод­чик с английского.

 

Консультанты и научные редакторы:

1. Профессор Джамиль Гасанлы.

2. Профессор Насиб Насибзаде.

3. Профессор Шовкат Тагиева.

 

Информатор - консультанты:

1.    Агаев Надир - диссидент.

2.    Янардаг Сабир - диссидент.

3.    Керимов Асеф - диссидент.

4.    Елдегез Октай - публицист.

5.    Айдын оглы Тахир - публицист

6.    Турказер Яшар - свидетель.

 

В дальнейшем в центр “ДС” в Польше, отправили ин­фор­мацию о группе. Они с нами согласились. Во время сове­ща­ния группы, проведённой 12 сентября 1998 года, в которой прин-яли участие: заместитель главного редактора газеты “Халг” (Народ) Тахир Айдын оглы, cотрудник газеты “Айна” (Зеркало) Исмаил Умуд, руководитель Оджака (центра) Асиф Ата, Сафрух (Эльман Алиев), братья Хикмет и Фикрет Алаф­сар и так далее. Исмаил Умуд был одним из тех журналистов, ко­торый больше других писал в прессе о диссидентах и о жерт­вах репрессий (в 1999 году в издательстве “Огуз” ти­ра­жом в 500 экземпляров и 68-ми страниц, была напечатана его кни­га под названием “Течения диссидентских мыслей в Азер­байджане в советское время” (факты, события, личности).

 На основе написанного в прессе того периода, и по вос­по­минаниям личных знакомых составили следующий список:

1.    Джахид Хилал оглы Ширинов . 1929 г., г. Агдам – у. 30.05.1991 г., г. Агдам);

2.    Чингиз Мирзалы оглы Абдуллаев (р. 1929 г., г.Лачин.- проживает в Швейцарии, г. Берн);

3.    Халил Рза Улутюрк (Халил Рза оглы Халилов) - (р. 21.10.1932 г., Сальянский район, село Пираббас - у. 22.06.1994 г., г. Баку);

4.    Асиф Ата (Асиф Гасым оглы Эфендиев) (р. 25.09.1935 г., Армянская ССР Красносельский район, село Чемберекенд- у. 05.06.1997 г., г. Баку, похоронен в г. Агстафа);

5.    Сафрух (Эльман Ага оглы Алиев) (р. 23.11.1939 г., г. Агдам, село Исмаилбейли - живет в Баку);

6.    Надир Миралекбер оглы Агаев - (р. 13.03.1938 г., г. Сальян - живет в Баку.);

7.    Сабир Янардаг (Сабир Мустафа оглы Имамвердиев) - р. 26.02.1929 г., г. Шеки живет в Баку);

8.    Хикмет Алафсар;

9.    Фикрет Алафсар;

10.    Насиб Мирсалех;

11.    Саккызоглы Расим;

12.    Немат Сукут - (живет в Баку);

13.    Бейтулла Шахсойлу (Багиров) - (живет в Баку);

14.    Абульфаз Эльчибей (Абульфаз Гадир оглы Алиев) - (р. 24.06.1938 г. Нахчыванская АССР, Ордубадский район, се­ло Келеки - живет в Баку);

15.    Алескер Гасан оглы Сиябов (Нахчыванская АССР, Ша­рурский район - живет в Баку);

16.    Фазаил Агамалиев - (р. 26.08.1947 г. Армянский ССР Си­сианский район, село Кызыл Шафаг - живёт в Баку);

17.    Тюрк Айдын (Айдын Джаббар оглы Аббасов ) - (р. 04.11.1938 г., г. Нахчыван);

18.    Бирия (Мухаммед Хаджи Гулам оглы Багирзаде) - (р.1914 г., г. Тебриз - у. 19.02.1985 г., Тебриз);

19.    Хатами (Мухаммед Фарзали оглы Хатами, прозвище Tантекин). - (р. 22.07.1935 г. Иран, Южный Aзербайджан г. Астара - живет в Баку.);

20.    Абульфаз Гусейни (Абульфаз Аслан оглы Гусейни) - (р. 1925 г. Иран, Южный Aзербайджан, г.Тебриз - у. 03.12.1987 г., г.Баку;

21.    Исфандияр Али оглы Барху (Джошкун) - (р. 1929 г., г. Гянджа - у. 24.10.1991 г. Баку);

22.    Мамед Азерли; (Живет в Баку, из Южного Азер­бай­джана, знает Хатами Тантака (можно у него узнать и спросить);

23.    Шамиль Салех (Шамиль Салех оглы Алиев - (р. 31.12.1937 г., г. Баку - живет в Баку.);

24.    Асаф хан Губалы - (Асаф Аскер оглы Керимов). (р. 04.03.1956 г., г. Баку - живёт в г. Баку);

25.    Бауджан Таир оглы Магеррамов - (р. 12.03.1957 г., Баку - у. 07.08.1983 г., утонул в Кисловодске, был похоронен в Баку;

26.    Али Азери - (р. 30.04.1961 г., г. Баку, Ичери шехер (Старый город) - живет в Баку);

27.    Нофель Шариф оглы Тагирзаде - (р. 05.09.1958 г., Куткашенский район (Габала), село Хырхатала - у. 06.08.1978 г., Мордовская АССР, утонул в г.Саранск, похоронен в селе Хырхатала;

28.    Тофик Вендамлы (Тофиг Солтангамид оглы Гу­сей­нов) - поэт, убит в тюрьме России. Братья живут в Баку;

29.     Рафиг Турабхан оглы - (Рафиг Турабхан оглы Абдул­лаев - Сабах- (р. 09.06.1946 г. Губадлинский район, село Мурадханлы - живёт в Сумгаите);

30.     Мухаммед Мамед оглы Джаббарлы - (р. 1920 г. - у. 09.11.1996 г. Сумгаит);

31.    Сафар Шейхов - (р. 1942 г., г. Нахчыван - был арестован в Сумгайыте в 1963 году и был приговорен к 2 го­дам и 6 месяцам тюремного заключения 1 марта 1986 года и по сообщениям, проживает в Нахчыване);

32.    Асиф Байрамов - был приговорен к 3 годам тюрьмы в Сумгайыте в 1963 году, проживает в Сумгаите;

33.    Али Талыш - (был арестован в 1963 году во время Сум­гаитских событий). Шофёр в пос. Насосной, а также ра­бо­та­ет в столовой рынка;

34.    Ниязи Зульфугар оглы Гаджибейли-Тагизаде - (20.08.1912 г., г. Тбилиси - 02.08.1984 г., г. Баку);

35.    Худу Сурхай оглы Мамедов - (р. 14.12.1927 г., Агдамский район, село Марзили - у. 15.10.1988. г. Баку);

36.    Нуреддин Башир оглы Мамедов - (жил в Агдаме, в данный момент имеет статус беженца);

37.    Ганбар Аскеров - (родился в Бейлаганском районе (Жданов)), преподавал в университете в Баку. Был обвинён в убийстве девушки и застрелен;

38.    Сурхай Алибеков - (жил в Агдаме, в данный момент имеет статус беженца);

39.    Карлен Гусейн оглы Ибрагимов - (р. 1934 г., г. Нах­чы­ван - у. 06.1975. г. Нахчыван). Арестован в Нахчыване;

40.    Джафаргулу Наджафов - (Нахчыванской АССР, ра­йон Ильич (Шарур), село Гарабаглар);

41.    Бахман Кязым оглы Джафаров, был арестован в 1955 году в Баку.

42.    Аллахверди Гусейнали оглы Гурбанов родился в 1940 году в Биласуварском районе (ранее Пушкинский район). Работал на заводе имени лейтенанта Шмидта. Был арестован в 1965 году;

43.    Паша Абдулрахимов был арестован вместе с Аллах­вер­ди Гурбановым в 1965 году. Учился в театральном инс­ти­ту­те. Был художественным руководителем дома врачей, создал Об­щество родного языка (группа была большой, но арес­то­ва­ны были четверо). Погиб в 1968-1969-х годах в ав­то­ктастро­фе.

44.    Камиль Халил оглы Рзаев. Был арестован за то, что клеил листовки на улицах Баку и Сумгаита.

45.    Фазиль Баба оглы Алиев - арестован в 1955 году в Баку за стихи написанные о Ленине;

46.    Эльмеддин Мухаммед оглы Алибейзаде - (р. 05.11.1925 г., Огузский район (Варташен) село Мухас) живет в Баку и ра­бо­тает заведующим отделом в Институте Литературы АНАН;

47.    Огтай Елдегез (Рафибейли)-. 1934 г., живет в Ба­ку);

48.    Нуреддин Исламзаде - (живет в Баку);

49.    Муктедир Гадирли - (живет в Баку);

50.    Аваз Хулуфлу - (живет в Баку);

51.    Горхмаз Солтанемеджид оглы Эфендиев - (худож­ник, жил в Баку);

52.    Сабир Али оглы Азер - (р. 22.03.1938 г., Акста­фин­ский район, село Даг Кесемен - живет в Баку, является чле­ном Союза писателей);

53.    Гачай Кочарли (Гачай Фарман оглы Ширинов) - (р. 27.08.1967 г., Тертерский район, село Кочарли), работает в ко­ми­тете Aзербайджанского государственного радио и те­ле­ви­де­ния;

54.    Осман Нуреддин оглы Эфендиев - (р. 18.12.1941 г., Газахский район, село Икинджи (второй) Шихлы - живет в Баку);

55.    Энвер Одабашев (из турок ахыска), в 1971 году был арес­тован в городе Баку решением Кировского районного На­род­ного Суда;

56.    Мухлис Ниязов (из турок ахыска), был арестован в 1971 году в городе Баку, решением Кировского районного на­род­ного суда;

57.    Аллаз Иззатов (из турок ахыска), был арестован в 1971 году в городе Баку решением Кировского районного На­род­ного Суда;

58.    Ислам Каримов (из турок ахыска);

59.    Тейфур Ильясов (из турок ахыска);

60.    Микаил Азафлы - (Микаил Джаббар оглы Зейналов) - (р. 21.03.1924 г., из г. Товуз - у. 12.10.1990 г., г. Товуз);

61.    Мазахир Дашкын (Мазахир Хамза оглы Ахундов) - (р. 1909 г., - у. 31.10.1979 г., Тертерский район село Инджа Бор­сунлу);

62.    Ашуг Алхан Курбан оглы Омаров - (р. 14.07.1905 г., Грузинский ССР, Гардабанский (Гараязы) район село Косалу);

63.    Теймур Алескер оглы Бисавад - (1903 г, Касым Ис­майловский (ныне Геранбойского) район село Тап Гара­гоюн­лу);

64.    Мухаммед Кемсавад- (из г. Гяндже)

65.    Танго-Танер (Танрыгулу Алиев) - (р. 15.07.1938 г., Гру­зинская ССР, г. Гардабани (Гараязы), - у. 05.03.1997 г., умер в Баку, похоронен в Гардабани;

66.    Тофиг Абидин - (р. 01.09.1941г. Сальянский район село Гырмызыкенд, проживает в Баку);

67.    Бахлул Абдуллаев - (р. 1940 г. Лерикский район, село Зувади), живёт в посёлке Бузовна, работает в Институте литературы имени Низами НАНА;

68.    Мовлуд Сулейманлы (Мовлуд Сулейманов) - (р. 18.03.1943 г., Армянская ССР, район Калинино, село Гызыл Шафаг (Джу-джакент) - работает заместителем председателя в Aзербай-джанском Государственном Комитете Телерадиовещания;

69.     Багир Багиров - публицист, сотрудник ASE (Aзер­бай­джанская Советская Энциклопедия);

70.     Мамед Мамедов - (учитель физики в селе Алпоут То­вуз­ского района);

71.     Али Гасанов - (из г. Барда);

72.     Гусейн Самедов - (из г. Евлах);

73.     Исрафил Ибадов; (место жительство неизвестно);

74.     Алекбер Мамедов - (место жительство неизвестно);

75.     Халил Эшги (Ибрагим Ахундов) - Газахлы, Азер­байджан­ский государственный университет факультет журна­лис­тики, в 1970 году был исключен оттуда, через год он был восстановлен. Работала в газете в Гяндже. В Москве в Кремле на­писал лозунг «Долой КПСС» в знак протеста против Комму­нис­тической партии Советского Союза был арестован КГБ и от­правлен в сумасшед-ший дом. Через некоторое время его отправили в Азербайджан.

76.    Рахими Дунямалыев – являлся студентом Азер­бай­джан­ского государственного университета с 1970-1975 гг. Об­виняется в получении взятки во время работы в га­зете Каль­бад­жар. Сын семьи из Ирана, приехавшие в Азер­байджан в 1946 году. Мать Рахими Дунямалыева протес­товала против неспра­ведливо осуж-денного сына, которая неоднократно обра­ща­лась в «Союз общества Красного Полумесяца СССР» и пос­тавила их в извест-ность, что намерена обратиться за помощью в зару­беж­ные страны, после чего Рахими Дунямалыев был ос­во­божден.

77.    Рамазан Курбанов (по национальности тюркмен). Работал в академии, был кандидатом филологических наук. По сло­вам Хатами Тантекина на заседании партийной ор­га­ни­зации, которое состоялось 18 ноября 1975 года в академии. Ра­ма­зана Курбанова и доктора исторических наук Зелика Ям­польского (польский еврей) обвинили в том, что они являются “ревизионистами, которые выс-тупают против составленных правил в азербайджанской историографии”.

78.    Сабир (из села Амсар, Кубинский район). Этот че­ловек в 1971 году гулял по Кремлю в Москве, с плакатом на гру­ди “В СССР нарушаются права человека” (Событие расска­зал бывший прокурор Рафиг Аббасов);

79.    Меджид Алиашраф оглы Ахундов (Армянская ССР Крас­носельский район, село Арданыш ). Геофизик, в 1969 году был арестован, известен как Мирза Меджид. Был муллой около Воровска;

80.    Эльбурус Гусейн оглы Хаджылы (Армянская ССР, из села Гарагоюнлу в регионе Карасносело). На данный момент проживает в Сумгайыте, по некоторым данным был исключен из Коммунистической партии Советского Союза 25 июля 1970 года;

81.    Шамиль Аскеров жил в Кельбаджаре, начальник об­ра­зования, впоследствии был арестован;

82.    Али Мамедли (Курдистани) жил в Баку, фотограф, создатель нового алфавита.

83.    Илья Габай (р. 09.10.1935 г., г. Баку, по на­ци­ональ­нос­ти еврей). Был членом Инициативной группы по защите прав человека в СССР, был осужден вместе с Мустафа Джа­ми­лем. Говорят, что 20.10.1973 г. совершил самоубийство. По­хо­ро­нен в г. Баку;

84.    Зелик Иосифович Ямпольский (Ленкаранлы),. 23.09.1911 г., г. Ленкорань – у. 1981 г., в Баку), выдающийся азер­­байджанский историк, доктор исторических наук (по на­циональ­ности еврей). Работал в академии. По словам Хатами Тан­текина на заседании партийной организации, который сос­тоялся 18 ноября 1975 года в академии. Рамазана Гурбанова, док­тора исто-рических наук Зелика Ямпольского обвинили в том, что они являются “ревизионистами выступающими про­тив составленных правил в азербайджанской историографии”.

85.    Вячеслав Сергеевич Оскин (р. 1953 году в Баку). Жил на улице академика Миркасимова. Работал в Коми­те­те го­сударствен­ной безопасности Нахчывана. В 1985 году был уволен с работы. Предполагается, что уехал в Израиль.

86.    Анатолий Тихонович Марченко (1938-1986 гг. Ук­раина);

87.    Исмаил Фарка (Фарка) - (Исмаил Рубейзи Абадин оглы Фарка). (р. 20.04.1933 г., Албанская Республика, г. Шкодер) живёт недалеко от поселка Шувелян.

 

Описание: http://modern.az/images/fotosohbet/1984_Bag.JPG

Слева: Эльчибей (Абульфаз Алиев), Шамиль Салех (Али-ев), Эльмеддин Алибейзаде, Али Маммедов (Курдистанлы), Сабир Янардаг (Имамвердиев), Халил Рза Улутюрк (Халилов). Город Баку, ныне сад Февварелер 1984 год.

 

Составляя список, никакие правила не были соблюдены. Вы­писывали из прочитанных нами газет, журналов, добавляли к ним услышанные факты, о которых узнавали, далее про­во­ди­ли поиск.

Когда я работал в городе Сумгаите на заводе стеклянной посуды рабочим (1966-1967 гг.), работали в три смены. Од­наж­ды ночью одного из знакомых рабочих вызвали к про­ход­ной двери завода. Инцидент произошел 4 ноября, когда мы работали (с 16-00 до 24-00 часов) во вторую смену. Он ушёл и не вернулся. Посланный за ним рабочий пришел и сказал, что люди стоящие у входной двери посадили его в милицейскую ма­шину и увезли.

Работа цеха остановилась. После небольшого об­суж­де­ния, решили сесть в один из грузовиков цеха и поехать в уп­рав­ление милиции. Шумный приход рабочих сильно обес­по­коило ми­ли­цию. Начали принимать меры и куда-то звонить. Один из ми­ли­цейских, который представился заместителем на­чальника уп­рав­ления милиции, постарался успокоить рабочих. Пришли к сог­ласию, чтобы человек пять прошли в кабинет и разобрались в происходящем. Остальные спокойно ждали ре­зуль­татов. Боль­шой интерес к этой ситуации придало моё присутствие сре­ди этих пяти человек. Человек в граж­данс­кой одежде, предста­ви­лся заместителем начальника, выс­лу­шав нас, сказал: “Вашего то­­варища здесь нет. КГБ видимо забрал его в Баку. Мы по­го­во­рим с ними и узнаем ситуацию. Такой серьезной проблемы нет. Это всего лишь недоразумение, через день или два его от­пустят”.

Товарищи, по работе пришедшие в участок с шумом, при­тихли, как услышали о КГБ, но я с подростковой пылкостью не хотел успокаиваться. Помню, что сердито сказал: “Если бы я знал, что пришли его арестовать, скорее бы поджёг машину, но не позволил бы его увести”. Но он не рассердился и даже не стал угрожать мне, всего лишь усмехнулся и сказал: “В своё время он тоже поджёг милицейскую машину. Из тюрьмы спас­тись смог, но от всего другого нет ”.

Один из пожилых товарищей по работе выталкивая, вывел меня на улицу и посадил в грузовик. Вскоре прибыла делегация и сообщили, что нашего товарища по работе задержали из-за беспорядков, произошедших на параде в ноябре 1963 года. Все успо­коились. Было решено вернуться домой. Я вышел из ма­ши­ны, неподалеку от общежития, в котором проживал. Когда шёл в сторону общежития, кто-то сзади окликнул меня, я приоста­но­вился. Ко мне подошёл коллега по работе по имени Мохсун. Я знал, что он не жил в этом квартале и удивился, почему же он сошёл из машины вместе со мной. Подойдя, он тихо сказал: “Сегодня в общежитие не иди, за тобой могут прийти. Лучше пой­дем со мной, остановимся в доме моей сестры, а потом посмотрим, что будет”.

 Его забота меня растрогала. Ничего не сказав, я пошел с ним. В темноте ночи мы ходили извилистыми путями и при­мер­но в два часа ночи подошли к воротам одного дома. Не постучав, он провел рукой за дверь и открыл. При том, что Мох­сун не проинформировал никого о цели нашего визита в та­кое позднее время, сестра и её семья не были обеспокоены нашим поздним визитом. Нам постелили в отдельной комнате, но нам не спалось. Этой ночью Мохсун рассказал, как был ра­зогнан парад 7 ноября 1963 года посвящённый годовщине Октябрь­ской социалистической революции, как рабочие рас­пра­вились над чиновниками и милицией, как были сожжены ма­шины, разгромлены магазины, как напали на управление ми­лиции, военный комиссариат и т.д. Наш товарищ по работе был участником этих событий и впоследствии был арестован. После отбытия наказания, его отправили в завод, чтобы за­вер­шить оставшуюся часть дела.

В тот вечер я услышал многое о сумгаитских событиях и захотел, чтобы их имена вошли в “ДС”. После сбора фактов я уви­дел, что ничего из их деятельности не позволяет под­го­то­вить статью о них в “ДС”. Несколько раз я спрашивал Али ки­ши, одного из привлеченных к ответственности за сумгаитские события. Сказал, что нет причины бояться, так как СССР рас­пался. Он охотно рассказал, что произошло 7-го ноября, как в порыве гнева громили витрины магазинов, нападали на уп­рав­ле­ние милиции, поджигали машины. Он сообщил, что до и после парада и даже после ареста он не был причастен ни к одной из организаций. Другие люди, которых судили, тоже сказали, что были в отчаянии из-за социальных проблем и ког­да начался беспорядок, они начали всё рушить.

Услышанное мной о сумгаитских событиях, как в мо­ло­дости, так и после привело меня к выводу, что в Aзер­байджане была тайная организация. Они спланировали прев­ра­тить ноябрь­ский митинг в акцию протеста. Однако из-за слабой орга­низован-ности это желание осуществить не уда­лось. При­чи­ной беспор-ядков стала сильное социальное не­до­воль­ство. Чле­ны органи-зации не смогли остановить беспоряд­ки. В це­лом же бес­порядкам противостоять не смогли ни тай­ная ор­га­ни­­­зация, ни правительственные силы. Я стал оче­вид­цем похожей си­туации. Однажды члены тайной организации в Нах­чыване зап­ла­нировали собраться 21-го ноября 1988 года и 22-го провести мирный митинг протеста. Митинг состоялся, приш­ло намного больше людей, чем предполагалось. Соб­рав­шиеся на площади протестующие, не знали организаторов этого митинга. Многие из них пользуясь, случаем хотели выс­казать всё, что накопилось на душе. Примерно через два часа организаторы митинга не смогли управиться людьми. Те, кто захватил микрофон, нап­ра­вили гнев собравшихся на руко­во­ди­телей Областного ко­митета партии и люди двинулись туда. Стали бросаться кам­нями в здание. Работники милиции и сотрудники спецслужб, увидев напряжённую обстановку, скрылись. Ру­ко­водство областного комитета партии, чтобы запугать собравшихся, а также для своей защиты, попросили помощи у командования дивизией го­рода. Так как у руководства дивизии не было опыта в этом деле, они отправили на площадь бронетехнику, которую ис­поль­зо­вали в учебно-тренировочных сборах. Это еще более усугубило положение. Участники митинга, выдвинулись на площадь, пе­ре­вернули введённую туда бронетехнику, бросали горящие бу­тыл­ки на военные машины. Таким образом, начались бес­поряд­ки. В дело вмешалась Москва. В город были введены десанты, объявлено военное положение и комендантский час. Ор­га­ни­заторы митинга этого не ожидали. Ни среди тех, кто бросал кам­ни в здание Областного комитета партии Нахчывани, ни среди тех, кто бросал горящие бутылки на военные машины не было ни одного организатора митинга.

Ещё когда я учился (1966-1967 гг.) в Сумгаитской смен­ной школе № 5 для рабочей молодежи, узнал от школьного дру­га Джаваншира Гаджиева (который был родом из Шувелян), что есть тайная организация, которая занимается националь­ны­ми вопросами. По словам Джаваншира Гаджиева, члены этой ор­ганизации в котором состоит и его дядя, живут в различных регионах Aзербайджана, имеют высшее образование и ра­бо­тают в различных партийно-государственных учреждениях. Он так же рассказал, что Секретарь ЦК КП Азербайджана Шихали Курбанов является членом этой организации, эту информацию я впервые услышал от Джаван­ши­ра Гаджиева. В тот период в связи со смертью Шихали Кур­банова в народе ходило много слухов. Зная о моём интересе к национальному вопросу, Джаваншир Гаджиев с дядей меня так и не познакомил. Несмотря на это, я долгое время инте­ре­со­вался, есть ли на самом деле такая организации?

После обретения Азербайджаном независимости, среди на­печатанных статей на национальную тему, мне понравились статьи Октая Эльдагиза. Мы неоднократно встречались и бе­се­до­вали, старались распутать темные страницы нашей но­вей­шей истории. В одной из таких бесед я вспомнил сказанное мне Джаванширом Гаджиевым. Сначала Октай Эльдагиз нем­но­го задумался, а потом сказал, что 17 декабря 1962 года при участии 95-ти человек, представителей интеллигенции, был соз­дан Штаб национального освобождения (ШНО). Пред­се­да­те­лем являлся он, заместителем выбрали известного ученого Худу Мамедова. Среди людей один был родом из Шуваляна, но видимо, информации моего одноклассника о Штабе на­ционального освобождения (ШНО) было слишком мало.

Когда мы готовили ‘‘ДC’’ я предоставил обширную ин­фор­мацию Октаю Эльдагизу (Рафили), и поинтересовался, может ли он написать статью для “ДС” об активистах Штаба на­циональ­ного освобождения (ШНО). Он решительно ответил: “ Mы не можем попасть в их ряды, в связи с тем, что это организация ма­сонско­го типа. Старались увеличить на руководящих должностях местные кадры, то есть азербайджанцев и этим хотели принести пользу нашему народу”.

Сабир Азери и Гачай Гочарли также были арестованы за события 1956 года, но у нас не было материалов следствия и су­дебных документов. В беседе с ними рассказали, что их арес­товали за то, что они присоединились к протестующим в защиту культа личности Иосифа Сталина. Они не выступали про­тив применения силы к мирным митингующим в Тбилиси, где были убиты, а десятки людей получили ранения. Их арес­то­вали как защитников режима Иосифа Сталина. Поэтому их имена не включили в “ДС”.

Хотя советское руководство отмечало, что после 1956 года страна управляется по международным законам, люди за по­­литические убеждения не подвергаются давлению, ина­ко­мыслие не наказывается. К сожалению, данная идеология была далека от истины.

К примеру, Джахида Хилал оглы арестовали за то, что он поднял трехцветный флаг Aзербайджанской Демократической Республики (28.05.1918 - 27.04.1920 гг.) над “Девичьей баш­ней”, но он был привлечен к уголовной ответственности, как член банды в Баку занимающиеся разбоем и кражей. Также хо­дили слухи, что Мезахир Дашкын, Теймур Бисавад, Мухаммед Кемсавад и Микаил Азафлы читали в меджлисах (собраниях) бунтарские стихи о том, как права людей растоптаны, что Ро-дина в плену и под гнётом, хотя их стихи не были напечатаны, но пелись ашугами и распространялись, передаваясь из уст в уста. Мезахир Даш­кын в одном из стихотворений говорил:

Перевод на русский:

 Есть ли смысл, скажи, ползать как уж?

 До каких пор ради хлеба надевать унижающие маски!?

Я человек, у меня есть сердце, острый разум и ум.

Не пора ли избавиться от чужеземцев на наших плечах!

Пока нами управляют, есть осужденные, и есть я,

Я не буду МОЛЧАТЬ, даже если меня будут топтать

Я буду всегда против страданий!!!

Оригинал:

Koramaltək sürünməkdən, söylə, varmı bir məna?

Nə vaxtacan çörək üçün girim hər alçaq dona?!

Mən insanam, qəlbim vardır, kəskin zəkam, əqlim var.

Bəs deyilmi çiynimizi yağır etdi bu yadlar!

Nə qədər ki, hakimlik var, məhkumluq var, mən varam,

Zülmə qarşı üsyankaram, əzilsəm də, SUSMARAM !!!

Подобные стихи не понравились правящим кругам и ряд­о­вым советским пропагандистам. Для того чтобы не до­пус­тить в обществе рост таких людей, требовали принять окон­ча­тель­­ные и решительные меры по отношению к ним. Но прин­ятые за­коны на 20-ом съезде КПСС, не поз­воляли их ареста. Все еще больше усложнилось, так как было труд­­но найти серьез-ные факты против них и свидетелей с лож­ны­ми показаниями, чтобы предоставить суду.

    Микаил Азафлы был арестован в Грузии, когда про­во­дил там свадьбу. Ему сообщили, что пальто, которое на нём кра­­деное, а после обыска в его доме нашли и приписали ог­нестрель­ное оружие. Таким образом, Микаил Азафлы был арес­­тован как член банды воров. Мотив ареста Джахида Хилал ог­лы и Микаил Азафлы одинаков. Поэтому Микаила Aзафлы мы хотели включить в “ДС”, но никто из членов семьи, даже иссле­дователи творчества и жизненного пути ашуга, не смогли предоставить информацию на эту тему, при том, что они раз­деляли нашу точку зрения, но подтвердить это какими-либо фак­тами не смогли. В связи с недостаточностью фактов, мы не смогли написать статью о наших народных поэтах-ашугах, ко­то­рые писали и читали стихи в меджлисах, а также вы­ра­жали своё недовольство временем. Я много слышал о выстреле в памят­ник Ленина сделанный ашугом Алханом Бай­ра­мовым, ко­торый проживал в Гараязы (Грузия), но из-за нехватки вре­ме­ни и финансов не смог уточнить этот факт, а так­же собрать об­­ширную информацию. В молодости пресса, радио и теле­ви­дение были намного больше, чем коммунизм, и коммунизм был очень заметным. Даже в речах Никиты Хрущова гово­ри­лось, что первый этап коммунизма начнется в 1980-х годах. И среди людей число верующих в этой пропаганде будет одним. Ашу читал стихи, которые издевались над коммунизмом. Я пом­ню один из самых распространенных «коммунизм, кото­рый мы делаем»

Əlimizdə zorba çomaq,

Başımızda motal papaq,

Ağ şalvara qara yamaq,

Kommunizmə gedirik biz.

У нас крутой ублюдок,
У нас в голове мотал шапка,
Белые брюки черные пятна,
Мы идем к коммунизму.
Некоторые из стихотворений были полны насмешек и издевательств. Разные люди добавили к ней новые. Поэтому невозможно определить, кто написал стихотворение.
В следующих отрывках Мухаммед Бисавай, который называет собак на руководящих должностях и резко критикует недостатки советского общества,

Deyillər ki, yuxarı get,

Bu əclafdan şikayət et,

Ordakı it, burdakı it,

Alabaşa nə deyəsən!

 
Прыгай, иди,
Пожаловаться на это больно,
Собака там, собака,
Что вы, ребята, делаете?
 
В чайханах мы встречались также с теми, кто “пресле­до­вался” в советское время, иногда они охотно давали ин­тервью га­зетам, но были и те, кто, увидев серьёзность работы, отсту­па­­ли или же не могли представить документы, доказательства или же свидетелей. Некоторые даже не хотели говорить на эту те­му, были и те, кто хотел, чтобы их имена вовсе не упо­ми­на­лись.
 С одной стороны мы проводили поиски для “ДС”, а с дру­гой стороны принимали активное участие в интернет – конференции разработчиков словаря, начавшийся с 1999 года. Кому-то это нравилось, а кому-то нет. К примеру, один из руководителей КАРТА в Польше Александр Даниэль одобрял мои предложения, а Бартозс Чичхочки писал: “ …В целом я мо­гу сказать, что Вы справились с большой и трудной ра­бо­той, и в короткое время подготовили статьи. Тот факт, что вы в проекте очень важно”.
 Руководители КАРТЫ одобряли нашу работу, но не сде­лали того, что мы хотели. Причина нам была неизвестна. Это могло быть из-за недостатка финансирования и кадров, иначе, по­чему же оставались равнодушными к диссидентам Ахыска, Се­верного Кавказа. Здесь предоставляю одно из писем отправ­лен­ных мной:
  “Дорогие друзья!
Я вижу необходимость подробно поговорить о жанрах пуб­ли­цистики. Для перевоплощения в жизнь поставленной це­ли, нужно: 
На основе документов и воспоминаний должны быть на­пи­саны и опубликованы научно-публицистические очерки.
На основе документов должны вестись академические иссле­дования.
Должны быть написаны энциклопедические статьи.
 Из-за нехватки времени, сначала должны быть написаны и опубликованы энциклопедические статьи. Это дало бы пред­ва­рительную информацию читателям, чтобы направить и по­мочь им в исследованиях. По-моему, до июля (речь идёт об июле 1999 года - А.Ш) статьи должны быть завершены и пе­ре­даны в редакции. 

 Касаемо количества чьих-то статей, сокращения или их ув­лечения, нужно уточнить время и предел для них. Все за­ви­сит от хода работы. Если Левон Бердзешвили не может найти до­кументы, тогда ему надо дать возможность сократить ко­ли­чество статей, а если Вольфганг Teлунилин и Анна Зин­сер­линг нашли новые документы, пусть они и повышают ко­ли­чество статей. Я не согласен с мнением Костага Хогана, о том что “В Албании не было диссидентов”.

Гейдар Алиев, являющийся в настоящее время пре­зи­ден­том Aзербайджанской Республики, выступая перед сот­руд­никами Министерства национальной безопасности Aзер­байджана заявил, что «в Азербайджане не было диссидентов! А если и были бы, то им был бы я!»

 Однако Гейдар Алиев расправлялся с диссидентами и про-работал в КГБ на различных должностях в течение 25-ти лет. Получил звание генерала, был председателем Комитета Госу-дарственной Безопасности Aзербайджана. Когда работал (13 лет) первым секретарем ЦК КП Aзербайджана, затем (5 лет) заместителем председателя Совета Министров СССР и чле­ном Политбюро ЦК КПСС, расправлялся с диссидентами, также с инакомыслящими, а теперь он считает себя дисси­ден­том. К тому же нужно найти в Албании нового автора и поощ­рить его, чтобы провёл новое исследование. Если Исмаила Фаркаа, по национальности албанца, не смог сломить КГБ, зна­чит можно найти таких, как он.

 Возможно, когда мы писали об Исмаиле Фаркае, проя­вили чувствительность и немного преувеличили его личную тра­гедию. Имя Исмаила Фарка можно включить и в список ал­банских диссидентов, потому что, около 30 лет он оказывал соп­ро­тивление тоталитаризму и своей нерушимой волей про­ти­востоял наказаниям советского режима.

 В архивах КГБ есть богатый материал о диссидентах. В этом деле московские авторы должны помочь авторам в рес­публиках, так как им легче находить путь к архивам, чем нам. Особенно в материалах операций КГБ, можно найти больше ин­формации. Это значит, что можно не только изучить их жиз­нен­ный путь и деятельность, а данная возможность может по­мочь найти и выявить новых диссидентов. По своему опыту, ра­ботая в энциклопедии, я приметил, что дополнения и изме­не­ния в статьях можно сделать, находясь в типографии.

 Ещё отмечу, что татарам, карачаевцам, чеченцам, да­гес­танцам, балкарам, ингушам отведено мало места, которое выделено для Российской Федерации. Как можно не включить туда политического заключенного по национальности лезгина, об­щественного деятеля, философа и математика Вазифа Мей­ла­нова. Также позорно не выделять места народам Ахыска, Га­га­узам и так далее. Ведь народ Ахыска более 52-х лет ведёт свою борьбу. Десятки тюрков Ахыска сгнили в советских тюрьмах. В случае необходимости, мы можем отправить вам имена дисси­­дентов из Ахыска, Дагестана, Северного Кавказа и также по­мо­жем найти авторов на эту тему.

С уважением, Али Шамиль”.

В другом письме я отправил небольшую информацию, о том как в 1971 году по решению Кировского районного на­род­ного суда города Баку, были арестованы тюрки Ахыска Анвар Ода­башев, Мухлис Ниязов, Аллаз Иззатов, а также лидеры дви­жения возвращения на родину тюрков Ахыска: Ислама Ка­ри­мова и Тейфура Ильясова. Изо всех сил мы старались, чтобы тюркам Ахыска также отводили  место в списке как и тюркам Крыма.

 После этих переписок была выделена такая квота для “ДС”: Россия- 210, Польша- 150, Украина- 120, Венгрия- 90, Литва- 90, Югославия- 50, Германия- 45, Чехия- 45, Грузия- 45, Латвия- 45, Румыния- 40, Албания- 40, Крымские татары- 40, Армения - 40, Беларусь -40, Эстония -40, Болгария -25, Босния и Герцеговина -20, Хорватия- 20, Словения- 20, Aзербайджан -15, Македония- 15, Молдова -15 , Словакия -10.

Всего: 1305 человек.

Самое интересное то, что в ходе работы возросло до­ве­рие к нашей группе. 15 февраля 1999 года один из ор­га­ни­за­то­ров “ДС” Бартозс Чичхочки прислал мне такое письмо: “Дорогой Али Шамиль. Спасибо, Вам, за интернет-дисскусию. В одном из них (от 4-го февраля) Вы готовы найти авторов для биог­рафии диссидентов из Кавказа. Мы до сих пор не смогли найти сотрудников для нашего проекта в Армении. Может, вы знаете подходящие там лица? Помогите нам, пожалуйста. С уважением, Бартозс Чичхочки”.

 Хотя данное деление материалов не удовлетворяло, у нас не было иного выхода. Очень трудно было получить доку­мен­ты, особенно тех, кто остался в живых и считал себя дисси-дентом. Многие старались не говорить на эту тему. Прек­расный учёный фольклорист и патриот Бахлул Абдулла, с кото­рым у меня были искренние отношения, когда узнал, что я собираю материалы, связанные с “ДС”, сказал: “ Не копай слиш­ком глубоко, никогда не знаешь, что можно нарыть. Мно­гие из нас при первом же давлении отступили”.

 Я написал также Дороти Пазио, редактирующей наши статьи в “ДС”, такое письмо: “В Азербайджане, а также у тюрк­­­ских народов, люди известны не фамилией, а прозвищем и именем, если в “ДС” дадим имя Абульфаз Алиев, его трудно бу­дет найти при поиске, потому что его знают как Эльчибея. В связи с этим, в посланных нами статьях имена людей, о ко­то­рых идёт речь, надо написать тем именем каким их знают в народе, а в скобках написать имя, фамилию и имя его отца как на­писано в документах. Например: Эльчибея, как Эльчибей (Абульфаз Гадиргулу оглы Алиев), Бирию как Бирия (Ма­го­мед Гулам оглы Багирзаде), Улутюрка как Улутюрк (Халил Рза оглы Халилов) и так далее.

К тому же некоторых букв и звуков азербайджанского языка нет в русском алфавите, но они есть на английском и польском языках. Поэтому, в отправленных статьях имена, фа­милии, отчества и псевдонимы людей, мы напишем латинским ал­фавитом, а буквы, которые вам не знакомы, мы обозначим звуками”.

Было видно, что руководители “ДС” не специалисты в эн­­циклопедических работах. В проекте было показано, что он будет охватывать период с 1956 по 1989 гг., несмотря на это, они предложили написать статью о философе Гейдаре Гу­сей­но­ве, который, не выдержав давления советского режима, пе­ре­ре­зав вены, покончил с собой в своём загородном доме 15.08.1950 г.. В личных разговорах просили не писать о дисси­ден­­тах после 1986 года. Открыто заявляли, что этот прин­цип будет применяться также к статьям из Армении. По-ви­димому, они опасались, что мы будем протестовать против предостав­лен­ных диссидентов из Армении, а армяне будут протестовать против наших диссидентов. Мы подумали, что они выбрали такой путь, чтобы не возникало противостояний и для того, чтобы ра­бота не была нарушена. Редакторы статей вежливо под­чер­ки­­вали, что мы придаем большое значение нацио-нальному воп­росу, что в представленных статьях нет никого из других на­циональностей и религий. В ответном письме мы отметили, что в “Голосе Африки” Халила Рзы Улутюрка, существуют на­пи­­­сан­ные им стихи, связанные с Вьетнамом, Афганистаном, Ку­­­­­­­бой, которые напоминают о том, как азербай­джан­ские диссиденты протестовали против насилия со сто­ро­ны Со­вет­ской армии в Тбилиси, Варшаве, Праге и в Будапеште.

После мы отправили статью в КАРТУ о 21-ом человеке. Они написали, что в “ДС” Азербайджана они включат в статью лишь о 15-ти из них:

1.    Абдуллаев Чингиз

2.    Агаев Надир

3.    Асиф Ата (Эфендиев).

4.    Бирия (Мухаммед Багирзаде)

5.    Керимов Асеф (Кубалы)

6.    Салех Шамиль (Алиев)

7.    Сафрух (Алиев Эльман)

8.    Танго (Алиев Танрыкгулу)

9.    Турабхан оглы Рафиг (Абдуллаев)

10.    Улутюрк Халил Рза

11.    Фeрк Исмаил

12.    Хатеми Мухаммад (Тантекин)

13.    Хилал оглы Джахид (Ширинов)

14.    Элчибей (Алиев Абулфаз)

15.    Янардаг Сабир (Имамвердиев)

Статьи об Абулфазле Гусейни, Али Азерли, Искендер Джош­куне, Нофель Тагирзаде, Тофик Вендамлы не были прин-яты из-за недостаточных фактов и источников. В общем, под­готовка статей и их принятие было не таким уж и лёгким де­лом. Обсуждения, споры продолжались. В конференции в го­роде Софии, который проходил 29-31 октября 1999 года, в то время, когда с докладом выступал главный редактор Азиза Ша­милова на тему: “История диссидентского движения в Азер­байджане”, на трибуну без разрешения вышел болгар и начал “изливать душу” с криком выступая против турок. Его шо­ви­нистский пос-тупок не подобающий диссиденту, сильно обес­по­коил организаторов.

 Работая над “ДС” мы многому учились у них и пла­ни­ро-вали продолжить сотрудничество, также достигли предва­ри­тель­ной договорённости о том, что работу по “ДС” будем рас­ширять, а после реализуем еще один проект под названием “Жертвы социализма - сражающиеся за свободу”. Первый этап, который охватит период с 28 апреля 1920 по 1932 гг..В этот период будет рассказано о том, как после захвата Азер­бай­джана большевики расправлялись над министрами, гене­ра­лами, чиновниками, учителями, врачами, инженерами и над простыми тружениками Азербайджанской Республики. К тому же, начиная с 1923 года, начались расправы над религиозными деятелями, а с 1928 года над богатыми крестьянами, которых арестовывали как кулаков.

Второй этап охватывает 1932 - 1941 гг., здесь будет пре­дос­тавлена информация о людях, которые подверглись реп­рес­си­ям.

Третий этап должен охватить 1941-1948 гг., чтобы пре­дос­­тавить информацию о тех, кто был казнен под именем “изменник родины”.

Четвертый этап c 1948 - 1956 гг., пятый этап 1956 - 1986 гг., а шестой этап 1986 - 1992 гг., в данный период будет дана информация о тех, кто был подвергнут репрессиям, пресс­ле­дования и давлениям.

Все это должно быть не только в виде энциклопедии, но и в виде документальных, художественных фильмов и мультип­ликационных фильмов для детей, а также в форме сборников документов и воспоминаний.

К сожалению, ни на одну реализацию из этих проектов, не было выделено финансирование. Таким образом, “ДС” не смог за­­вершить работу как планировал. Даже ничего не на­пи­са­ли нам о последнем этапе дела. Предполагалось, что “ДС” будет бесплатно предоставлен каждому диссиденту, о которых шла речь в статьях, а также семьям погибших дисси­дентов, ав­то­­рам и основным библиотекам республики. Этого тоже не произош­ло. Мы так и не узнали о дальнейшей судьбе пуб­ли­ка­ций в “ДС” планированные на английском, русс­ком и поль­ском язы­ках. http://memo-projects.livejournal.com/8205.html 27 июня 2009-го года этот сайт распространил часть имён из списка и их источники, ко­то­­рые мы отправили в “ДС” под за­головком Из биб­ли­ог­ра­фи­чес­­ких списков к статьям Aзер­бай­джанского разд­ела”. На са­мом де­ле это был лишь черновой спи­сок, который был сос­тав­лен на­шей группой в первые дни работы. В тот же день, на сайте http://lj.rossia.org/users/memo_projects/2009/06/27/ Наталья Ва­­­­сильева написала под следующим заголовком Aзербай­джан­ский раздел “Словаря диссидентов”. Трудности в прис­та­­­тей­­ных списках Aзербайджанского раздела “Словаря дисси­ден­­­тов” .

В этом разделе сосредоточено, пожалуй, наибольшее ко­ли­чество проблемных записей. Назовем только две причины более существенных, на наш взгляд:

1) Книги и периодика Aзербайджанской ССР представ­ле­ны в библиотеках Москвы с существенными лакунами (иногда не известно даже, жив ли автор).

2) Нам, к великому сожалению, не удалось сохранить связь с исследователями из Aзербайджана – авторами биог­ра­фи­ческих статей.

В апреле 2006 года на наш запрос сотрудники Азер­бай­джанской национальной библиотеки им. М.Ф.Ахундова: М. Ве­лиева, Д.Садигова, М.Ибрагимова, С.Асадова, Х.Ба­ши­ро­ва ответили. Мы им очень благодарны!

Однако надо признать, проблемных записей осталось до­вольно много и проблемы эти серьезные, так как нередко в од­ной записи могут отсутствовать сразу несколько обязательных элементов. Не все удалось уточнить в списке периодических изданий (приведенных ниже) ощущается нехватка данных о месте издания, жанре и периодичности. Хотелось бы не пус­кать в ход редакторские ножницы, ведь библиография об ина­ко­мыслии в Азербайджане, по крайней мере, в таком объеме будет издана впервые.

Публикацию этих записей мы представляем с не­ко­то­рыми пояснениями. Они представляют собой приложение к зап­росу в Азербайджанской национальной библиотеке. Нам хо­­телось бы выделить один фрагмент из этого текста. Он ка­сается важ-ной задачи – навигации по записям азер­бай­джанского раздела словаря, полезной как для нас, редакторов, так и для будущих читателей: В тех случаях, когда заглавие имеет абстрактный характер, который не дает представления о со­держании текста, просьба, наряду с переводом привести в об­ласти примечаний краткую характеристику содержания, нап­ример:

…- Воспоминания об участии в подпольной группе…

…- Публичного открытого обращения к генеральному секретарю ООН (15.08.1973 г.) и стихов написанных в лагере.

Речь ни в коем случае не идет об аннотациях, лишь о крат­ком в нескольких словах пояснении, раскрывающие связь кни­ги, статьи с темой словаря. Разумеется, признательность за помощь будет отражена в готовящемся издании. 

После нам так и не удалось ничего узнать, о слу­чив­шемся с плодами нашего труда.

Далее по просьбе профессора Джамила Гасанлы мы сно­ва собрали рукописи. Туда были добавлены написанные в то время предисловие, а также сокращенный вариант выс­туп­ле­ния Азизы Шамиловой на конференции в Софии 29-31 октября. Таким образом, мы представили материалы, под­го­тов­лен­ные 18-ть лет назад и нам не пришлось снова над ними работать. Только добавили дату смерти тех, кто скончался к этому времени.

На самом деле эта книга не является усо­вер­шенство­ванн­ной. Это просто как напоминание. Я уверен, что в дальнейшем о наших диссидентах, национальных активистах будут соз­да­ны еще более весомые и завершенные энциклопедии. Вы­ра­жаю признатель­ность всем за безвозмездную помощь в под­го­тов­ке словарья “ДС” особенно: Ульви Акимову, Вафу Салех, Ру­кия ханум, Саре Мамед кызы, Надиру Агаеву, Сабир Янар­дагу, Сафруху. Считаю своим долгом выразить бла­годар­ность Мамеду Зей­налову, Фикрету Бекташи за дополнения корретировки и цен­ные замечания а также Севиндж Нагдалиевой, за оказанную по­мощь при пе­ре­воде статей на русский язык, редактировании и в сборе ма­те­риалов на компьютере, иначе я не принялся бы за подготовку книги.

 Али Шамиль

 25.12.2016

 

P.S. Накануне отправки книги в типографию, меня приг­ла­сили на симпозиум на тему: “Имам Али между традицией и сов­­ременностью”, который должен был состояться 20 марта 2018 года в столице Албании Тиране. Данное мероприятие про­­­во­­дилось по инициативе Мирового центра дервишского ор­дена Бек­таши. В связи с возрастом и здоровьем я старался не уч­аст­во­­вать в собраниях и научных конференциях, приг­ла­ше­ние из Тираны меня взбудоражило. Собрав силы, я написал док­лад на тему: “Святые места, связанные с именем Имама Али и его биографией (место его проживания и проис­хож­де­ния) ”.

В Тиране у меня была одна цель - судьба Исмаила Фаркаа. В течение 20 лет я планировал такую поездку, но из-за нех­ватки денег откладывал. Поскольку организаторы сим­по­зиума оп­ла­чи­вали расходы на дорогу и пребывания, я с боль­шим удо­воль­ствием решил поехать.

Хочется отметить, несмотря на то, что страна была крайне бед­на, прием и размещение гостей были организованы на вы­соком уровне. Были приглашены гости из соседних стран: США, Италии, Российской Федерации, Германии, Турции, Ирана и так далее. Заседание открыл всемирный старейшина бекташев Хад­жи Деде Эдмонд Брахимай, который приветствовал участ­ни­ков симпозиума и объявил о цели собрания.

С речью выступили президент Албании И. Мета, посол ОБСЕ в Албании и председатель комитета для работы с Ре­ли­гиоз­ными организациями Албании. 15-ть из 20-ти отведённых мне минут, я выступил со своей темой. Последние пять минут я говорил об Исмаиле Фаркае. Я рассказал о том, что он патриот, который всю жизнь преследовался. Будущее поколение будет рассматривать его как воплощение выносливости и неп­ри­ми­ри­мос­ти.

Очень жаль, что мы современники безразличны к его судь­бе. Права этого человека растоптаны, а оценка этому не дана. О том, что после распада СССР он не смог вернуться на ро­дину, потому что у него не было документов. Организация, которая отправила его в СССР тоже осталась безразлична к его судьбе. Люди, которые несправедливо с ним обошлись, арес­то­вали и отправили его в сумасшедший дом и они до сих пор, не были отданы в международный суд. Зал беззвучно слушал мою речь, а в перерыве, всё было наоборот.

В связи с делом Исмаила Фарка в Тиране я старался встре­титься с сотрудниками Министерства иностранных дел, Министерства юстиции и Министерства социальных дел. В этом деле мне помогала глава Общества дружбы и сотруд­ни­чества Албании и Азербайджана Энтела Мучо. В орга­ни­зациях, к которым мы обращались, я видел большую любовь к Азер­байджану. Когда слышали, что я приехал из Азербай­джана, обещали организовать мне встречу с должностными ли­ца­ми. Они даже определили дату и время встречи, но ни од­на из встреч не состоялось.

Когда приходили в приёмную на встречу, узнав тему раз­го­­вора, министр или заместители вежливо уклонялись, ссылаясь, что идут на заседание, а встречу переносили на неоп­ре­делённое время. Наши беседы об Исмаиле Фаркае остались в рамках Общества албано-азербайджанской дружбы. Один из самых активных членов общества адвокат Экрем Кокалари успокоил меня, сказав, что подключит к этой работе своих друзей и быв­ших коллег. Он также рассказал случай, который произвел впечатление на меня и на членов организации.

Он сообщил, что знаком с братом человека по имени Ис­маил Фарка, к тому же его брат добавил, что Исмаил Фарка умер около двух или трех месяцев назад. По словам его брата, Ис­маил Фарка родился в 1933 году и работал инженером в Со­ветском Союзе, там он женился на русской девушке, от которой у него были две дочери. Тот факт, что два человека родились в одном и том же году, у которых схожие биографии по­казался мне неубедительным. Я рассказал им об услышанном и про­чи­танном мной, об отношении спецслужб к ина­ко­мыслящим в Советском Союзе. Энтелла Мучо переводила сказанное мной на албанский язык. Экрем Кокалари улыбнулся, также рассказал о случае, когда окончив юридическую школу, он начал работать в военной прокуратуре.

Один молодой офицер утонул в реке, и когда он оз­на­ко­мился с его документами, то увидел, что у него есть степень по плаванию. Удивился и поговорил с начальником отдела су­деб­ной медицинской экспертизы, который открыто заявил, что офи­цер был брошен в реку после смерти. Он подготовил документы для возбуждения уголовного дела, пошел на приём Генпро­ку­ро­ра, чтобы подписать документы. Просмот­рев документы, про­курор рассерженно сказал: “Вы считаете себя умным?! Если хотите, чтобы ваше тело тоже было найдено в реке, тогда на­чи­найте расследование. Одумайтесь! Напишите, что проявив ха­латность, недисциплинированность и без разрешения отправился к реке купаться и утонул”. Я выполнил поручение прокурора, что­бы избежать проблем, даже не пытался узнать подробности дела. Так он закончил свой рассказ.

Хотя моя поездка в Тирану не принесла удачу, обещания ста­рейшины бекташев Хаджи Деде Эдмонда Брахимая и ад­во­ката Экрема Кокалари пробудили во мне надежду, что этот воп­рос будет решен. Верю, что обязательно разрешится. Но не знаю, доживём ли я и Исмаил Фарка до этого времени?

 

                                 


ПРЕДИСЛОВИЕ

 

Какой бы сильной ни была военная мощь государства, она бу­дет обречена на гибель, если ее экономика, культура и ли­те­ра­тура построены насильственным путём. Советские стратеги прек­расно видели причины развала государства, хотели при­ос­та­новить его и боялись перемен. Боялись возмездия об­манутого народа за гибель сотен тысяч невинных людей.

Смерть Сталина предоставила советским стратегам прек­рас­ную возможность. Ведь теперь можно было приписать все грехи тота­литарного режима одному лишь вождю. Не только Ста­лин, но и все те, кто с ним формировал этот общественный строй, должны были отвечать по всей строгости закона. После дол­гих лет мучений и пыток, людей выпускали из ГУЛАГов, это были те, кто выдержал нечеловеческие условия советского режима.

Тоталитарный режим в спешном порядке менял формы ка­рательных мер. Инакомыслящим приклеивались ярлыки прес­тупников, воров их заключали в психлечебницы, они счи­тались общественно-опасными людьми.

Особенно в 1956-1989 гг. формировалось новое по­ко­ле­ние диссидентского движения в СССР, в том числе и в союз­ных республиках. В Aзербайджане десятки людей бо­ро­лись про­тив существующего строя требуя перемен и реформ, де­мок­ра­ти­зации общественной жизни, соблюдения прав чело­ве­ка.

Политические события 50-х годов в восточной Европе име­ли огромное значение для дальнейшего развития дисси­дентства. Военное вмешательство СССР во внутренние дела этих стран внесло новое содержание в волну свободомыслия. Из­­менился не только политический климат, но и методы воз­действия режима. Все те, кто осмеливался выразить свое от­но­ше­ние к происходящим событиям или пытавшиеся эмиг­ри­ровать в знак протеста, строго наказывались. Неслучайно Д. Хилал оглы, Ч. Абуллаев, Н. Агаев большую часть своей жиз­ни провели в тюрьмах и психлечебницах.

Представители интеллигенции, люди приверженные идеа­л­­ам национального освобождения Абульфаз Гусейни, Ха­те­ми Тантекин, Мамед Азерли, Исфандияр Барху в разной фор­ме выражали протесты. Известный поэт Бахтияр Вагабзаде на­писал поэму “Гюлистан”, она была напечатана в районной газете “Шеки фехлеси” (Шекинский рабочий). Но сразу же газета была изъята из печати сотрудниками КГБ, автор поэмы и редактор подверглись давлению и преследованиям.

 Известный писатель Исмаил Шихлы, вспоминая те годы пи­сал: “Среди молодёжи 60-х годов чувствовалось бес­по­койство. Они что-то искали, чего-то ждали, к чему-то гото­ви­лись, что-то хотели сказать”.

 Представители той молодёжи А.Эльчибей, Р. Турабхан ог­лы стремились создать политическую организацию, пере­вес­ти борьбу на эту плоскость. Асиф Ата в клубе “Оджак” выд­ви­гал на первый план вопросы нравственности и морали. В 1950-1960 гг. Aзербайджанский государственный университет ос­та­вался центром инакомыслия студенческой среды. Б. Вагабзаде, А. Алиев (Эльчибей) в университете, Х.Р.Улутюрк в пе­дагоги­чес­ком институте открыто вели пропаганду против советской дик­татуры. События 50-60-х годов показывают, что членам этих объединений и клубов не хватало организованности, они выс­тупали отдельными группами, не имея чёткой программы дейст­вий. Именно это и создавало большие проблемы. Нагляд-ным примером, могут служить события в Сумгаите 7 ноября 1963 года, когда народные массы открыто столкнулись с властями.

 В республике создавалась диссидентская литература в лице произведений Анара, Улутюрка, В. Самед оглы, Ф. Керимзаде, М. Азафлы, М. Дашгына, Кемсавада, И. Алакоглы и другие. Формирование свободомыслия в Aзербайджане от­личалось от схожих процессов в Прибалтике, Украине, Грузии и в других республиках. Руководство национальных республик всячески противились активизации народных масс, ограничивая любыми путями деятельность лидеров. Важно бы­ло отчитаться перед Москвой, показать насколько всё глад­ко и без проблем, особенно в области прав человека.

Работая с “секретными документами”, в этом убедились воочию, ибо было очень трудно сопоставить факты с до­ку­мен­тами. Это и помешало включить в раздел имена всех тех, кто под­вергался гонениям и давлениям со стороны правоохра­ни­тель­ных органов (их было более 60-ти человек). Лишь о 16-ти из них нам удалось собрать достоверные материалы, под­ходящие к рубрике “Диссиденты 1956-1989 годов”.

Данная работа ещё одна возможность отблагодарить этих бесстрашных людей, оставшихся наедине в своей борьбе с тоталитарным режимом. Сохранить память о тех, кто не был сломлен судьбой. Их жизнь - это подтверждение незыблемых основ нашей жизни - свободы и демократии.


 

АБДУЛЛАЕВ ЧИНГИЗ (Абдуллаев Чингиз Мирзалы оглы, род. 1929г. Лачинский район,   20?? Берн, Швейцария.

 

Описание: Описание: Çingiz Abdullayev (dissident).jpg

 

Подпись: Режиссёр. Один из органи-заторов подпольной студен-ческой группы в театраль-ном институте в 1947-1950 годах.

 

Из крестьянской семьи. В 1949 го­ду поступил в Aзер­бай-джанский теат­раль­ный институт, на режис­сёрский факуль­тет. В студенческие годы подружился с Джахидом Хилал ог­лы, с которым его взгляды совпали. Они организовали под­поль­ную студенческую группу и вели антисоветскую про­па­ганду. Изда-вали листовки к разным политическим событиям, хотели от-крыть глаза народа на действительность.

   Чингиз Абдуллаев не смог окончить театральный инс­ти­тут. Его исключили за инакомыслие, но он был нас­той­чив в своих убеждениях и продолжал участвовать в под­поль­ной группе. Решил уехать из СССР и продолжить борьбу за независимость республики в рядах эмиграционных поли­ти­ческих органи-заций бывшего правительства Aзербайджанской Демократи-ческой Республики (АДР) (Azərbaycan Cümhuriyyəti).

13.08.1948 года Уголовным кодексом (УК) Aзер­бай­джанской ССР по статье 213 по II пункту и 28.08.1948 г. по при­говору Ворошиловского района 3-участка по статье 213 УК Чингиз Абдуллаев был лишен свободы на 3 года. Указом от 3.06.1950 года Верховного Совета Aзербайджанской ССР 19 июля 1950 года освобождён (в то время безработный).

В мае 1956 года обратился в посольство США с прось­бой дать ему политическое убежище. Встретился с 1-ым секре-тарём посольства Дэвисом, с сотрудником и военным атташе Френком. До решения его вопроса сотрудники КГБ напали на его след и арестовали 9 мая 1956 года. Следующая встреча состоялась с генералом КГБ Серовым, его обвинили “в измене Родине” и без суда и следствия приговорили к 10-ти го­дам заключения. 27-летний борец против имперского ре­жима и гнёта 6 лет провёл в одноместной камере, остальные 4 года в колонии строгого режима.

10 октября 1956 года приговором суда города Москвы на ос­новании УК было конфисковано личное имущество и при­говорён на 10 лет лишения свободы и лишения по­ли­ти­ческих прав на 3 года. В Дубровской тюрьме он совершил пресс­туп­ление по статье 58-10 I часть УК РСФСР. И с 13.17.1957 года по приговору Мордовского АССР Верховного Суда опять был лишён свободы на 10 лет и на 3 года лишения политических прав. Срок ареста считался с 13.06.1957 года по решению Народного суда города Рыбинска (Ярославский край), на ос­но­вании ПУК РСФСР по статье 362 УК был освобождён дос­роч­но и был отправлен на принудительное лечение в псих­боль­ницу МВД.

25. 07 1968 года по решению Народного суда Смо­ленско­го края р-на Сычовск (село Сычёвка Смоленский р-н Алтайский край) был освобождён из психбольницы МВД и отправ­­лен в психиатрический диспансер Минздрава. 11.09.1968 года был отправлен в психоневрологическую боль­ни­цу в по­сёлок Маш­таги в городе Баку.

Из материалов в архивах КГБ на имя Чингиз Абдуллаева вид­но, что он ни на минуту не отворачивается от своих идей. В письме министру юстиции РСФСР Болдыреву пишет: “Меня обвиняют в том, что в своих листовках я призываю все народы СССР к восстанию, к освобождению от коммунистического ре­жима, который держит их в состоянии рабства, насилия, го­ло­да, инфляции. Я вынужден заявить, что “судебное за­се­да­ние” было похоже на театральный спектакль. Судья – ма­рионетка лишил меня даже последнего слова, ибо я сорвал бы с их лица маски и доказал бы всем какие они на самом деле авантюристы, тираны, головорезы и угнетатели. Я защищаю на­­циональные интересы всех колоний Российской империи и очень важно провести в них свободные выборы, под наб­лю-дением ООН. Они нарушили самые элементарные правила, не дав мне последнее слово... Утверждаю, что я героический сын Aзербайджана и боролся против подлого коммунис­ти­чес­ко­го режима...”

Далее он критиковал события в Венгрии и про­ти­во­законные действия советского правительства, обвиняя режим за “Кровавые действия против мирных участников в Венгрии и Грузии, в таком масштабе, должны разгневать советскую и мир­овую общественность. Когда я обо всём этом говорил Серову из КГБ, он мне обещал 10 лет лишения свободы”.

После 10-ти летнего заключения, ещё 7 лет при­ну­ди­тельно “лечился” в психиатрической больнице. До распада Со­ветского Союза судьба перебрасывает его из одного края в другой.

В 1991 году Абдуллаев официально обращается в Швей­царское посольство для политического убежища. Получив ви­зу, уезжает из страны. Сейчас живёт в городе Берне. 43 года своей жизни Чингиз Абдуллаев посвятил борьбе за свободу своего народа против империи зла, как оказалось не зря.

 

Библиография:

1.    Архивные материалы МВД Aзербайджан Республики.

2.    Azərbaycan Daxili İşlər Nazirliyinin Arxivi.

3.    Bünyadov Ziya. Qırmızı terror, /Azərbaycan Dövlət Nəş­riyyatı, Bakı,1993.

4.    Гаджи Эмин, “Кто такой Чингиз Абдуллаев?”, газета “7 июнь”, 1997, 18 апреля, № 40(40), стр.3, там же (продол­же­ние) 1997, 22 апреля, №41(399), стр.3.

5.    Hüseynov Etibar. Bir kərə endirilmiş bayrağı bir daha yüksəldən.. “xalq düşməni”, “7 günqəzeti,1995, 16 dekabır, sayı, 44(219), s.4.

6.    Касымов Джалал, “От репрессии к депортации”, издателство, Баку, 1998 .

7.    Личное дело Дж. Хилал оглы. Архив Университета исскуств Aзербайджана им. А..Гусейнзаде.

8.    Ширинова Арзу, “Швецария. Берн.17 мгновения”, газета “7 июнь”, 30 октября 1998 года, №152 (655), стр. 2.

9.     Эльмира. “Джахид Хилал оглы”, газ. ”Азадлыг,” 1991.14 июнь, № 23(53).

 

 


АГАЕВ НАДИР (Агаев Надир Миралекбер оглы, род. 13.03.1938 г. Сальяны)

 

Описание: Описание: C:\Users\Hp\Desktop\nadir-agayev.jpgПодпись: Единственный из азербайджан-ских диссидентов, ко¬трый вк-лючен в список Госдепарта-мента США 47 со¬вет¬ских дисси-дентов, подвергнувшихся психи-атрическому те𬬬рору. Автор самиздатов о разоблачении сове-тской пси¬хиатрии.

Был самым младшим в семье из двенадцати детей. Отец работал плотником, мать была домохозяйкой. Среднюю школу На­дир закончил в 1957 году в Баку. В том же году стал сту­ден­том архитектурно-строительного факультета Aзер­байджанско­го политехнического института. В 1963 году, как молодой спе­циалист, направлен в город Алма-Ату Казахстанской Рес­пуб­лики, здесь был принят на работу в проектный институт. Его по­разило то, что в столице национальной союзной республики не было ни одной казахской школы, почти везде говорили на русском языке, и документации велись на том же языке.

Все это отрицательно повлияло на его мировоззрение, и он решил досрочно уехать на родину. В 1964-1971 гг. Надир Агаев начал работать главным инженером-проектировщиком инс­титута “Азгоссельстройпроект”. Подготовил несколько дес­ятков проектов, активно участвовал в комплексных проекти­рова­ниях сельских местностей республики. Одновременно ста­новится диссертантом института архитектуры и искусств АН Aзербайджанской ССР.

Агаев постоянно обсуждал среди товарищей по работе, близ­ких друзей, события, происходящие в стране после отст­ра­­нения с руководства Хрущева, говорил о судьбах людей, под­вер­гающихся репрессиям, выражал протест против од­но­партийного строя, ущемления прав национальных республик. Во время частых командировок в районы, вел беседы по­литии­ческого характера, среди своих коллег излагал свои взгляды на национальный курс социалистического строя, критиковал им­перские амбиции советского режима.

Все это послужило поводом устранения его с работы, ко­то­рый произошел 17 мая 1971 года. Начиная с этого дня до 1975 года, он оставался без работы, ему инкриминировали нес­колько уголовных и гражданских дел, он вынужден был об­ратиться в Верховный Суд Республики, где за отсутствием сос­тава преступления его дело было закрыто. Увидев не­вы­носимые условия против него, Надир Агаев уезжает в Москву с целью продолжить научную работу или же просить убе­жище за границей. Но в 13.04.1975 году его арестовывают и при­возят в Баку. В квартире Агаева проводят обыск, изымают много рукописных документов антисоветского характера, его лич­ные соображения, анализы о недостатках общества, са­миз­­даты. К сожалению, этих рукописных документов у него не осталось. Сборник “Политических анекдотов” (4 номер 1989-1990 гг.) он выпустил сам, в нём были собраны его анек­до­ты про всех руководителях КПСС, о коммунизме, о пе­рестрой­ке и так далее.

Его держат в следственном изоляторе № 1 Баиловской тюрь­мы, а потом в психбольнице № 2 для экспертизы, после заключения врачей о том, что он здоров, начинается судебный про­цесс. Против него было возбуждено уголовное дело по статье 188 ч. I УК Aзербайджанской ССР.

Не взяв с него никаких показаний, предлагают написать заявление 1-му Секретарю ЦК КП Aзербайджана о прощении в содеянных антисоветских поступках. Он отказывается.

20 августа 1975 года Агаев был приговорен к 3-м годам ли­шения свободы республиканским Верховным Судом и отправлен в исправительно-трудовую колонию № 5. В при­го­воре указывалось: “Из имеющихся в деле мно­гочис­лен­ных рукописных документов, использованных Надиром Агаевым, выяснилось, что основной его идеей является ничем не прикрытая клевета, демагогические рассуждения индивида, окон­­чательно порвавшего с обществом, где он рос, учился и ра­­ботал, его умышленное упорное старание очернить со­ветскую действительность.

Исходя из этих документов утверждалось, что Советский Союз это страна-тюрьма, а советский Aзербайджан является русской колонией, где отсутствует подлинная демократия, ца­рит произвол и проводится политика обрусения азер­бай­джан­цев, что органы суда, прокуратуры, милиции и го­су­дарствен­ной безопасности используются, как орудие подавления борьбы за справедливость”.

 За дисциплинированное поведение его отпустили из колонии на 14 месяцев раньше, что привело к новому прес­ле­до­ванию. В скоре по указанию ЦК КП и КГБ заместитель Ге­не­рального прокурора отправляет протест в Верховный Суд Aзер­байджана 28.04.1977 г.. Его протест основан на том, что ни на суде, ни в местах заключения он не считал себя ви­новным. Та­кого человека нельзя освобождать преждевремен­но. Протест был удовлетворен. Нефтечалинский районный суд должен был принять постановление.

Надир Агаев предпочитает жить беглецом, чем воз­вращать­ся в колонию. Два месяца прячется в Баку, потом уез­жает в Актюбинский край, дальше в Красноярский край и живет там год. Вернувшись в Баку, он узнает от родственников, что жена под давлением КГБ развелась с ним и дети остались без отца.

Агаев снова был арестован 15.07.1978 году. На этот раз против него возбудили уголовное дело по ст. 101 и 108 УК Aзербайджанская ССР. Его направили в психбольницу №2 на судебно-психиатрическую экспертизу. Судебно-пси­хиат­ричес­кая экспертиза признала его психически здоровым человеком. Несмотря на это после 18 месяцев тюремного заключения его отправили в Московский всесоюзный институт имени Сербско­го, который был известен незаконными госпи­тали­за­циями и другими нарушениями прав человека. Руководила этим меди­цинским учреждением, дочь Ф. Дзержинского генерала КГБ, Маргарита Тальсе. При ее руководстве проводились большое количество незаконных опытов над пациентами. При заклю­чении лживого диагноза МВД, Агаеву поставили диагноз пси­хически душевнобольного и общественно опасного че­ло­века. Без всяких законных оснований началось при­ну­дительное ле­чение в Днепропетровской специализирован­ной псих­больни­це при МВД. 10 лет 5 месяцев он провел в местах заключения и наконец, 26.11.1988 года вышел на свободу.

В 1989-1990-х гг. две отдельные врачебные комиссии дают заключение о том, что психически он вполне здоров. С помощью Хельсинской гражданской ассамблеи Верховный Суд Aзербайджанской Республики (10.03.1992 г.), генеральный прокурор Aзербайджана (14.01.1997 г.) приняли постановление о его полной реабилитации. Агаев активно включился в новую по­литическую жизнь республики. Он стал одним из ак­ти­вистов Aзербайджанского народного фронта, членом Национально-ос­во­бодительной организации, одним из уч­ре­ди­телей партии «Но­вый Aзербайджан». 60-ти летний Надир Агаев, член Союза ар­хи­текторов Aзербайджана, член президиу­ма ассоциации “Не­ви­нов­ные жертвы политической репрессии” и заместитель пред­седателя национального отделения Международного об­щества по правам человека. Сейчас живет в городе Баку, женат, имеет двух детей. 28.06.1999 г. Агаев подал иск против 8-ми от­вет­чиков для возмещения материального и морального ущерба, нанесенного ему в течение 13-ти лет.

 

Библиография:

1.    Агаев Н. “Политические анекдоты”, самиздат, Баку,

№1,2,3,4. 1989 . 1991.

2.    Агаев Н. “Моя судьба”, самиздат, Баку, 1990.

3.    Агаев Н. “Тайны лабиринта”, самиздат, Баку, 1990 .

4.    Агаев Н. “Карательная медицина”, самиздатская га­зета “Москва”, 1990.

5.    Агаев Н. “Нет конца лишению”, газета “Ени Aзер­бай­джан”, 21 октября, № 29, 1993 .

6.    Мамедоглы Н. Hamının tanıdığı naməlum adam, газета “Айдынлыг”, № 25(93), 12 июня 1992 .

7.    Фаиг. İlk Azərbaycanlı dissident, газета “168 саат”, 5-11-декабря, № 39, 1992.

8.    Гаманоглы М. Pasportsuz vətəndaş və ya Nadir Ağayev dissidentlikdən əl çəkmir, газета “Мустагил”, 8 января, № 1 1993.

9.    Рафиг Н. Xoşbəxtliyini qurban vermiş adam, yaxud cinayətsiz məhkum, газета “Ики сахил”, 13 января, № 2, 1993.

10.    Дарьянур З. Dissident və ya o biri “planetin” adamı, газета “Миллет”, 30 января, № 12, 1993 .

11.    Азиз. Azərbaycansayağı “Arxipelaq qulaq”, газета “7 гюнь”, 2-25 июня, № 22-23, 1994 .

12.    Аббасов М. Bayraq xatirələri, газета “Айдынлыг”, 7 октября, №18, 1995 .

13.    Магеррамзаде, Н.Джафаров, газета “Шарг”, № 21-22, 1999 .

 

АЗЕРЛИ АЛИ (Аликрам Камил оглу  Алиев, прозвище Али Азерли, р. 30.04.1961 г. Баку, Ичери-шехер (Старый город)

 

Подпись: Правозащитник, активный участник национального движения

 

Родился в 1961 году в рабочей семье. Отец был плот­ни­ком, мать домохозяйкой. Жил в старинной части города Баку, име­нуемый Ичери-шехер. Ещё в средней школе дружил c Ма­герра­мовым, который и “открыл ему глаза” на свободные по­литические взгляды. Они интересовались происходящими в стране событиями. Азерли очень рано начал свою пра­во­защит­ную миссию. Он самый молодой из поколения диссидентов Aзербайджана. Одним из первых проявлений его свободных взглядов был протест в 1974 году, когда А.Солженицына выд­во­рили из СССР. За лозунги в защиту Солженицына, его заб­рали в милицию вместе с отцом. На допросе хотели узнать, откуда у Али такое мировоззрение и влияет ли кто-то на него. Хотя через несколько часов его выпустили, а отца на сле­дующий день.

 В 1978 году он окончил бакинскую среднюю школу №13. Несмотря на то, что он был отличником, золотую медаль ему не дали. С мая 1979 года служил в армии на Украине в го­ро­де Чернигове. Здесь он тоже не смог смириться с су­щест­вующи­ми правилами.

В 1981 году поступил в Кемеровский университет на фа-культет романо-германской филологии. Через год взял пе­ревод в Ивановский государственный университет, на тот же факультет. Параллельно учился и на общественном факультете международной журналистики. В 1983 году старался получить перевод в МГИМО, четыре месяца был свободным слу­ша­те­лем университета с условием, что надо предоставить ре­ко­мен­дацию из Aзербайджанской ССР, чего не смог добиться.

В 1981 году Али Азерли во время каникул встретился с другом Магеррамовым, уже студентом 4 курса факультета вос-токоведения Азгосуниверситета. Под его влиянием стал чле­ном студенческой организации “Свободный Азербайджан”. Последующие годы жил в городе Иванове, в городе Москве интересовался политикой и вёл пропаганду против советского режима. Всегда защищал известных диссидентов: А.Солжени­цына, А.Сахарова, Н. Новодворскую и других.

Его посещения лекций в МГИМО совпали с событиями в Афганистане. Здесь же он познакомился с дочерью президента Афганистана Б. Кармаль  Анахитой. Али Азерли передал ей письмо для президента от имени подпольной студенческой организации “Свободный Aзербайджан”, которую создали 9 азербайджанских студентов. В письме говорилось о том, что­бы Афганистан не верил Москве, что это погубит страну. Государственные органы, узнав о письме, задержали его и Ана­хиту. Проведя долгую беседу, наконец, через сутки их от­пус­тили. Али Азерли продолжал свою деятельность среди сту­дентов разных вузов СССР. В 1983 году КГБ задержал его в городе Вологде прямо в общежитии университета. Через три дня был отпущен. Но на этом он не успокоился и 05.12.1983 г. добился встречи с послом США А. Хартманом. Здесь он пор­вал свой советский паспорт, рассказал о нарушениях прав че­ло­века в стране, обвинил органы и власти в смерти своего друга Бейджана Магеррамова. В связи с этим обратился в по­сольство США о предоставлении ему политического убежища. Но когда он вышел из посольства его снова арестовали. И только в 1993 году смог снова получить свой паспорт. 6 декабря 1983 года был арестован и отправлен в Лефортово, где ему предъявили статью 64 “а”- измена родине, шпионаж и 64 “б”- попытка незаконного перехода границы. В 1984 году состоялся суд в городе Иванове, здесь он отказался от ад­во­ката. В судье участвовали и представители посольства США, было прочитано письмо Рейгана. Он был приговорён к 8-ми годам лишения свободы по статье 174 УК РСФСР. Срок заключения провёл в ИТК №16 и №8 городе Омске. Из-за не­дис­цип­лини­рованного поведения к сроку прибавили ещё 3 года, поэтому Али Азерли был переведён в Ельский район Под­московья.

 В советских тюрьмах он подвергался невероятным пыт­кам. Место заключения меняли 24 раза: Красно-Пресненском, Ярославском, Кировском, Новосибирском, Воронежском и Реформатском трудовых лагерях. 147 раз попадал в карцер и несколько раз в психлечебницы. В такие как: им. Сербского, лечебницу в городе Никольске Костромской области, в Рай­чи­хинскую и другие. В Пермской тюрьме он познакомился с из­вест­ным диссидентом Анатолием Марченко, a в Во­ро­нежском с Валерием Новодворским.

 Наконец, 05.12.1991 г. он вышел на свободу. В то время в Aзербайджане был самый горячий период национально-ос­во­бодительного движения и шла необъявленная война против азербайджанского народа в Нагорном Карабахе. В итоге 20% территории Aзербайджана были захвачены армянами.

 Вернувшись в республику, Али Азерли сразу же прис­ту­пил к политической жизни. Стал членом Всемирного трансна­ционального радикального движения (центральный штаб-квар­тира находится в Италии). В 1995 году баллотировался как кандидат в депутаты парламента, но безуспешно. Занимается индивидуальным трудом. Живёт в городе Баку. Не женат.

 

Библиография:

1.        Азерли Али. Воспоминания о Байджане Магеррамове (хранятся в архиве группы «ДС»).

2.    Həsənov Abdulla. “İkinci dəfə Əfqanıstan prezidentı Bəb­rək Kərməlin Moskvada oxuyan qızı Anaxita ilə birlikdə həbs olun­­duq”, “Azərbaycanqəzeti, 1993, 17 mart. (“Второй раз был арестован вместе с дочкой президента Афганистана Б.Кармеля Анахитой”), газета Aзербайджан 17 марта 1995.

3.    Джафароглы Играр.Aзербайджан даими яшаячаг” (Aзеребайджан вечно будет жить), газета “Aзербайджан”, 27 мая, 98 (115), 1995 . стр.4.

4.    Зейнал оглы Г. “Али Азерли: Мене гаршы зора­кы­лыгы Ю.Машов елейиб ”. (Насилие против меня совершал Ю.Машов) газета “Фемида” 29 апреля, № 10(115), 1995 . стр.5.

5.    Материалы архива МВД Aзербайджанской Рес­пуб­лики.

6.Расим “День диссидента”. Газета “7 июнь” - Баку, 30 октября №37(127), 1993 . стр.3.  

 

 


АСИФ АТА (Эфендиев Асиф Гасым оглы, прозвище Асиф Ата, род. 25.09.1935 г., Красносельский район, село Чемберекенд г., Армянская ССР у. 05.06.1997 г. Баку, похоронен в г. Акстафа.)

Подпись: Философ, критик, публицист. Автор знаменитой статьи “Критика и время” и нес¬коль-ких книг. Его статья од¬на из пер¬вых была  нализирована в пе¬ре¬даче на за¬ру¬беж¬ном радио.

 

Детство прошло на попечении дедушки и бабушки. В ран­­нем детстве пережил репрессию в отношении близких родственников, в том числе горячо любимого дяди Халида.

Среднее образование получил в Акстафинском районе. В 1951 году поступил на филологический факультет Aзер­бай­джанского государственного университета (АГУ), через год был направлен в Институт литературы им. Горького, на отде­ле­ние литературной критики. В годы учебы заметил, что дос­тижения его нации не представлены в масштабе страны, не признаны на должном уровне. Один из сокурсников, видя его пе­реживания, в шутку называет его “большим сыном малень­ко­го народа”. Рассердившись на эту шутку, молодой Асиф ударил его. В связи с этим, поднимается личный вопрос на комсомольском собрании и появляется карикатура в стен­га­зе­те вуза «Молодой Асиф сидя в пещере, читает Гегеля».

Продолжая учебу постоянно читая, он глубоко разо­ча­ро­вы­вается с такими взглядами на место и роль человека в мире. Он задумывается и ищет причины, поставившие чело­века в это плачевное место. Находит одну из них в идеологии марк­­сиз­ма. Впос­ледствии отрицает философичность этой докт­рины и объяв­ляет его античеловечным. Закончив c от­ли­чи­ем Институт ли­­тературы в 1957 году, возвращается в Баку. После 2-х лет безработицы, устраивается в Институт русского языка и ли­те­ра­­туры им. М.Ф. Ахундова, преподаёт за­рубеж­ную, запад­ноев­ро­пейскую литературу.

В ноябре 1959 года появляется его первая статья в жур­нале “Литературный Aзербайджан” под названием “Критика и время”. Основная идея его статьи в том, что в республике нет под­­­­­­линной, вдохновенной литературной критики, раскры­вающий суть произведений, ведущей литературу за собой, опе­­­ри­рующей социальными и моральными проблемами дейст­ви­­тельности жизни общества. Статья вызвала интерес в Тур­ции, о чем была передача на Анкарском радио. Это стало при­чи­ной его преследований. КГБ устраивает Асифу Эфендиеву допрос на его рабочем месте. Бюро вузовского Комитета КП Aзер­бай­джана с участием сотрудников службы безопасности обсудило его сфабрикованное дело, якобы о передаче ин­фор­мации на ту­рецкое радио, в итоге он был уволен с работы. С этого времени для него закрылся доступ к печати. С середины 1960 года ос­тав­шись безработным, Асиф Ата обеспечивает свое существование случайными переводами и деятельностью свободного жур­на­лис­та, выступая под разными псевдонимами, а иногда ано­ним­но. Так продолжалось пять лет. За это время он работает над диссер­тацией, которую защищает в 1965 году и получает науч­ную степень кандидата философских наук.